ВІКІСТОРІНКА
Навигация:
Інформатика
Історія
Автоматизація
Адміністрування
Антропологія
Архітектура
Біологія
Будівництво
Бухгалтерія
Військова наука
Виробництво
Географія
Геологія
Господарство
Демографія
Екологія
Економіка
Електроніка
Енергетика
Журналістика
Кінематографія
Комп'ютеризація
Креслення
Кулінарія
Культура
Культура
Лінгвістика
Література
Лексикологія
Логіка
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Металургія
Метрологія
Мистецтво
Музика
Наукознавство
Освіта
Охорона Праці
Підприємництво
Педагогіка
Поліграфія
Право
Приладобудування
Програмування
Психологія
Радіозв'язок
Релігія
Риторика
Соціологія
Спорт
Стандартизація
Статистика
Технології
Торгівля
Транспорт
Фізіологія
Фізика
Філософія
Фінанси
Фармакологія


Отрывок из письма одному из хасидов с рассказом о чуде, которое сотворил Баал-Шем-Тов, и о роли Тегилим

 

...Очевидно, что простые люди, отличающиеся своей чистой верой, своим чистосердечным чтением Тегилим, своим участием в кружках по изучению Торы и в товарищеских сходках, своим соблюдением заповеди о любви к ближнему с радостью, являются любимыми в раю. И ими гордятся наши святые учители.

Раби Исраэль Баал-Шем-Тов (Бешт), душа его в Эдене, приближал к себе простых богобоязненных людей и очень любил их. Этот его путь был широко известен. Благодаря ему в среде простого люда в короткий период времени появились многие приверженцы Бешта, как это известно из многих рассказов.

Тем не менее, первоначально величайшие из учеников Бешта, цадики-гаоны, не могли этого принять. Хотя учитель много раз посылал их учиться у простых людей чистосердечности, надежде, простой вере, вере в мудрецов, вере в цадиков, любви к ближнему и т. п., этот образ поведения ученики, тем не менее, не могли принять, а особенно требование самим поступать так же.

Как обычно, у Бешта гости ели вместе с ним только во время двух из трех субботних трапез. Одна из трапез была предназначена только для учеников из так называемого «хаврая кадиша» («священного товарищества»). Во время этой трапезы гости не имели разрешения присутствовать, даже на расстоянии.

Однажды летом, в одну из суббот, произошло событие, которое потрясло всех учеников Бешта и членов «хаврая кадиша». На субботу прибыло большое количество гостей, среди них простые люди: сборщики налогов, земледельцы, мастера, сапожники, портные, виноградари и садовники, выращивающие скот и птицу, рыночные торговцы и т. п.

В ту субботу во время вечерней трапезы Бешт проявил особую любовь к гостившим простым людям. Одному он налил в его бокал немного вина, которое у него осталось от «Кидуша». Другому дал свой личный бокал, чтобы тот сделал «Кидуш». Некоторым Бешт дал кусок халы из тех хлебов, над которыми он благословил «Гамоци», а некоторым дал отведать от рыбы или мяса, которые лежали у него на тарелке. Подобные проявления любви к простым людям очень удивили членов «хаврая кадиша».

Гости, зная, что у них нет разрешения присутствовать во время второй трапезы у Бешта, поскольку это была трапеза, специально предназначенная для «хаврая кадиша», после субботнего обеда собрались в синагоге Бешта. Будучи простыми, малообразованными людьми, они умели только читать Хумаш (Пятикнижие) и Тегилим. Поэтому каждый из них принялся читать Тегилим.

Это было в 5513-5515 гг. (1753-1755 гг.), в то время, когда в среде учеников Бешта уже были такие известные гаоны, как р. Дов-Бер из Межирича (Межиричский Магид), р. Арье-Йегуда-Лейб из Полонного и другие.

Когда Бешт начал вторую субботнюю трапезу, он распорядился, чтобы «хаврая кадиша» сидели за столом по установленному обычаю: у Бешта все делалось по заранее продуманному порядку. Через некоторое время Бешт начал излагать Учение, а «хаврая кадиша» в это время пребывали в состоянии Б-жественного наслаждения.

Согласно установленному порядку, собравшиеся пели различные мелодии и песни. Видя, что у учителя хорошее настроение, их высокие души также исполнились большой радости и благодарности за все то благо, которое сотворил с ними Всевышний, – что удостоились они быть учениками святого Бешта.

Некоторые из собравшихся стали думать о том, как хорошо сейчас, когда нет тех простых людей, которые совсем ничего не понимают, что говорит их учитель, Баал-Шем-Тов. Они размышляли о том, зачем учитель проявляет к этим людям такую любовь, вплоть до того, что некоторым наливает вино из своего бокала, над которым он совершал «Кидуш», в их бокалы, а одному даже дал свой собственный бокал.

Поглощенные этими мыслями, они вдруг заметили, что лицо учителя стало серьезным. Он вошел в экстаз и стал говорить:

– «Мир, мир далекому и близкому»[41]. Говорят наши мудрецы: «На том месте, где стоят раскаявшиеся грешники, совершенные праведники стоять не могут»[42].

Баал-Шем-Тов объяснил, что есть два вида служения Всевышнему: один – это путь праведников, другой – путь кающихся. Служение простых людей – это путь кающихся, поскольку они испытывают чувство униженного достоинства, которое, в сущности, аналогично раскаянию о прошлых поступках и принятию добрых намерений на будущее.

Когда Бешт закончил свою речь, присутствующие стали напевать различные песни и мелодии. Те же из учеников, которые раньше размышляли о его необычном проявлении близости и любви к гостившим простым людям, поняли, что учитель прочитал их мысли и в ответ на это произнес речь о пути служения простого человека, которое аналогично служению кающегося грешника и имеет преимущество перед служением праведника.

Баал-Шем-Тов продолжал пребывать в состоянии глубокого экстаза, а когда кончили петь, он открыл глаза и пристально поглядел на лица всех учеников, членов «хаврая кадиша». Затем он повелел каждому из учеников положить правую руку на плечо своего товарища, сидящего рядом, так что сидевшие вокруг стола ученики соединились, образовав единый круг. Бешт сидел во главе стола. Он велел ученикам, соединившимся в едином кругу, петь какие-то мелодии. Когда они закончили петь, учитель велел им сомкнуть глаза и не открывать их до тех пор, пока он не скажет. Сам Бешт возложил свои святые руки на плечи двух учеников: правую руку на плечо ученика, сидевшего справа, а левую – на плечо ученика, сидевшего слева.

Внезапно все ученики услышали приятное, райское песнопение, перемешанное с душераздирающим голосом мольбы. Один поет и говорит: «О, Владыка вселенной! Слова Б-га – слова чистые, серебро, очищенное в горниле, семь раз переплавленное»[43]. Другой напевает, приговаривая: «Владыка вселенной! Испытывай меня, Б-г, искушай меня. Прочисти почки мои и сердце мое»[44]. А третий поет, приговаривая: «Татэ гарцикер[45]. Помилуй меня, Всесильный, помилуй меня, ибо в Тебе укрывается душа моя, в тени крыл Твоих я укроюсь, доколе не минует несчастье»[46]. А еще один поет: «Ай гевалд[47], Отец милый на небесах! Да восстанет Всесильный, и рассеются противники Его, разбегутся ненавистники Его пред Ним»[48]. А вот один с горечью восклицает: «Тайерер Татэ[49]! Ведь и птица находит дом, ласточка – гнездо себе, куда положить птенцов своих, – у жертвенников Твоих, Б-г воинств, царь мой, Всесильный мой!»[50]. А еще один голосом жалобным кричит: «Либер Фотер, дербаремдикер Татэ[51]! Возврати нас, Всесильный [Б-г] спасения нашего, пресеки гнев Твой на нас»[52].

Учеников, членов «хаврая кадиша», которые слышали голоса песнопений чтения Тегилим, охватила дрожь. Их святые глаза оставались сомкнутыми, но из них сами собой текли слезы, а сердца были сокрушены молитвой поющих. И каждый из учеников молился в душе, чтобы помог ему Всевышний, чтобы и он мог совершать служение Б-гу подобным же образом.

Бешт снял руки с плеч двоих из учеников, сидевших справа и слева от него, и «хаврая кадиша» перестали слышать песнопения с чтением Тегилим. Бешт повелел им теперь открыть глаза и спеть некоторые мелодии.

«В то время, когда я слышал песнопения, сопровождаемые чтением Тегилим, – рассказывает Межиричский Магид своему ученику р. Шнеуру-Залману из Ляд (Алтер Ребе), – я испытал излияние души и страстное влечение любви к Б-гу, какого я не удостоился испытать до этого».

Как только Бешт перестал петь, все моментально замолкли. Бешт пребывал в состоянии глубокого экстаза длительное время. Затем он открыл глаза и сказал:

– Песнопения, которые вы все слышали, это песнопения простых людей, которые читают Тегилим искренне, из глубины души и с простой верой. Вы же, ученики мои, святые Всевышнего, смотрите и видьте. Что мы? Мы ведь всего-навсего «уста истины»[53], ибо не тело истинно, а душа. Но даже она является всего лишь частицей [Б-жественной] субстанции... Тем не менее, ведь и мы постигает истину, ощущаем истину, и истина приводит нас в состояние сильного волнения. Тем более, что Всевышний, Который Сам является абсолютной истиной, знает истину, которая кроется в проникновенном чтении Тегилим простыми людьми.

Рассказывает Алтер Ребе своему внуку Ребе Цемах-Цедеку, что его учитель, Межиричский Магид, сказал ему, что после этого события он долгое время не мог себе простить того, что засомневался в поведении своего учителя. Он проделал ряд действий («тикуним»), чтобы исправить этот проступок, но никак не мог успокоиться от мысли, что он мог усомниться в поведении своего святого учителя. А однажды ночью он увидел очень возвышенный сон. В чем заключался этот сон, Алтер Ребе в то время не рассказал своему внуку Цемах-Цедеку. Он рассказал ему об этом только за неделю до своей кончины. «Возвращаясь, – рассказывал Межиричский Магид своему ученику Алтер Ребе, – я проходил через дворцы рая. В одном из дворцов маленькие дети изучали Хумаш. Учителем был сам Моше-рабейну. А изучали дети главу "Лех леха". Один из детей громко прочитал стихи: "...И упал Аврагам ниц, и засмеялся, и сказал в сердце своем: 'Разве у столетнего могут родиться [дети]? И неужели Сара в девяносто лет родит?'". А Моше им объясняет, что все толкования истинны[54], но Писание остается верным своему буквальному смыслу. "Если же вы спросите, как это возможно, что Аврагам усомнился в слове Всевышнего, то знайте, что это из-за тела, а тело, даже святое, есть плоть"».

«Тогда, – продолжал Алтер Ребе рассказывать своему внуку Цемах-Цедеку, – когда мой учитель узнал, что со стороны тела могут быть некоторые непроизвольные мысли и сомнения, то это успокоило дух моего учителя...».

Отрывки из речи в праздник Симхат-Тора 5697 г. [1936 г.]

(Зписано одним из слушателей)

Завтра – Шабат-Брейшит[55]. Следует всем закончить изучение недельной главы Торы с комментарием Раши.

Вообще, Шабат-Брейшит является первой субботой, и это первое, посредством чего можно распространить на весь год все те благородные влияния, которыми богат седьмой месяц – тишрей. Это большая буква «бейт»[56]: «ради Израиля и ради Торы». Изучение Торы с комментариями Раши, ежедневное чтение Тегилим, как они разделены по дням месяца, и чтение всей книги Тегилим в субботу, когда благословляют новый месяц, – все это следует соблюдать, это производит благотворное влияние на самого человека, его детей и внуков.

Однажды, во времена Баал-Шем-Това, одно еврейское поселение было обречено на уничтожение. Баал-Шем-Тов пригласил к себе р. Мордехая и р. Кегата, своих товарищей праведников-мистиков, чтобы собрать бейт-дин (суд) и искать совета, как аннулировать декрет[57]. (Это были те люди, к помощи которых Баал-Шем-Тов прибегал, когда у него была особая необходимость. Раби Кегата он посылал на выполнение особо сложных заданий. Однажды он послал р. Кегата выполнить одно такое задание, в то время, когда сам Баал-Шем-Тов находился в пути. Магид[58] написал Баал-Шем-Тову письмо[59], в котором сообщал, что получил письмо от р. Кегата[60], в котором тот сообщает, что впал в тяжелое душевное состояние из-за сложности того вопроса, и по причине этого своего душевного состояния не может ничего делать[61]. Магид просит своего учителя немедленно написать р. Кегату, что ему делать, или дать ему, Магиду, силы и право помочь р. Кегату.) Баал-Шем-Тов тогда совершил «восхождение души» и увидел, что декрет этот окончательный, и отвратить его невозможно. Но на обратном пути, проходя через райские палаты, он увидел в одной палате особенно большой свет. Он увидел также, что эта палата приготовлена для одного жителя деревни, который прочитывал всю книгу Тегилим по пять раз в день. Сияние это исходило от искрящихся букв книги Тегилим. Баал-Шем-Тов поехал в дом к тому деревенскому жителю и спросил его: «Если бы ты знал, что, пожертвовав своим местом в грядущем мире, ты можешь спасти еврейскую общину, ты бы сделал это?». Тот ответил: «Если у меня есть место в грядущем мире, то я отказываюсь от него!». Декрет был отменен.

Кто-то спросил: «Как же это можно прочитать всю книгу Тегилим пять раз в день?». Ему ответили, что этот человек читал Тегилим наизусть постоянно, без перерыва. Он рубил дрова, делал другую работу и читал Тегилим. Вполне возможно, что, будучи человеком простым, не зная законов, он не был так уж осмотрителен в выборе места для чтения Тегилим. Иногда он произносил Тегилим и там, где было нечисто, и он не должен был этого делать. Но его намерения были хорошими. (С него не будут взыскивать за то, что он не знает законов: ведь он – человек простой. К нему претензии будут в общем: «Почему он остался простым человеком?). Эта «чистота намерений» сходна с тем, что случилось в той истории, когда раби Акива услышал, как кто-то читает «Шма Исраэль» («Слушай, Израиль, Б-г, Всесильный наш, Б-г один»), неправильно произнося слова молитвы: вместо эхад («один») тот человек говорил ахер («другой»). Когда раби Акива объяснил ему, какую грубую ошибку он делает, тот перестал читать «Шма» вообще. Он не мог продолжать читать с ошибкой, но правильно произнести нужное слово у него тоже не получалось. И тогда Всевышний лишился величайшего удовольствия, так как даже произнося неправильно, он делал это с чистыми намерениями.

В этой истории мы видим еще раз силу букв Торы. Возьмем, например, стекольщика, который встает рано утром, молится, завтракает, берет с собой стекло и идет искать, не удастся ли ему заработать несколько копеек. Как хорошо было бы, если во время всех этих скитаний он произносил бы «буквы Торы», тогда он приносил бы свет повсюду, куда бы ни шел.

* * *

© 2013 wikipage.com.ua - Дякуємо за посилання на wikipage.com.ua | Контакти