ВІКІСТОРІНКА
Навигация:
Інформатика
Історія
Автоматизація
Адміністрування
Антропологія
Архітектура
Біологія
Будівництво
Бухгалтерія
Військова наука
Виробництво
Географія
Геологія
Господарство
Демографія
Екологія
Економіка
Електроніка
Енергетика
Журналістика
Кінематографія
Комп'ютеризація
Креслення
Кулінарія
Культура
Культура
Лінгвістика
Література
Лексикологія
Логіка
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Металургія
Метрологія
Мистецтво
Музика
Наукознавство
Освіта
Охорона Праці
Підприємництво
Педагогіка
Поліграфія
Право
Приладобудування
Програмування
Психологія
Радіозв'язок
Релігія
Риторика
Соціологія
Спорт
Стандартизація
Статистика
Технології
Торгівля
Транспорт
Фізіологія
Фізика
Філософія
Фінанси
Фармакологія


Глава XLVII. ПОГРУЖЕНИЕ В КОСМОС

 

Корни мне скверные! Боль дикая в пальцах, боль дикая в сердце. Как я по нему соскучился по этому голосу — родному, исполненному муки, голосу любимой!

— Боженьки-боженьки... — причитает любимая, — Тут была война? Боженьки-боженьки... Ты дома? Как это всё понимать? Почему ветер, почему холодина такая?..

Ноги мои подкашиваются, я опускаюсь на унитаз и тут же вскакиваю, прекращая зазвучавший было гимн.

— А! Ты пишешь роман? Ну тогда можешь не отвечать. Пиши-пиши. И вообще никогда не выходи оттуда. Я не хочу! Не хочу тебя видеть и знать! Заработался. Труженик без отдыха. Как же, как же... Понимаю. Тебе роман писать надо. А жена — тащи сумищи, деток тащи! Зачем тебе дети, сволочь?! — за этими словами следует удар тяжелого предмета о туалетную дверь, после которого тональность голоса любимой повышается на октаву: — Я у тебя — лошадь ломовая!? Да?! Да?! Отвечай! А ты знаешь, писатель, что в этих сумках я волокла для тебя? Господи! Что ты с квартирой сделал! Дети, назад! Не ходите туда. Вот станьте здесь и стойте. Эй, писатель! Как мне с детьми в квартиру войти?.. Так вот, мама... Моя мама... Тебе, придурку такому... Назад дети! Мама ему компьютер купила... «Notebook», как он хотел... На «Pentium»-процессоре! Винт — полтора гигабайта! Полтора гигабайта, говорю, винт! И ОЗУ — 32 метра! Слышишь?.. Балует теща, любит зятька... — и снова удар тяжелого предмета о дверь.

Сердце моё кровью захлебывается: «Неужели — это она компьютером так засадила?!» Мне мечты своей, конечно, уже не видать, но — детям?.. Опускаюсь на унитаз, но теперь — застраховавшись от гимна щелчком тумблера; скулю беззвучно, шмоткой, из шкафа прихваченной, кровяную грязь по лицу размазываю. А любимая успокоиться не может:

— ...Я уже не говорю про сапоги зимние, про куртку на меху... Всё для него, для зятька мамочка старается... Я не могу больше! Мамочка! Забери меня отсюда! Он разрушил всю квартиру и даже не соизволил меня встретить! Он заперся в своем сортире и не желает выходить оттуда! Эй! Да ты там хоть? Если б я только знала, что ты не встретишь... Ты там?

Я — там. Я спохватываюсь, вспоминая о своей наготе и ветхости туалетной двери. Я утираю слезы и начинаю терзать шмотку — это оказывается... свадебный сарафан моей любимой; она собиралась перешить его в маскарадный костюм для дочки... За неимением другой одежды, натягиваю на себя то, что есть. А любимая стучит в дверь ладошками своими, взывает ко мне:

— Открой, слышишь! Отзовись! Живой ты там, или нет? Эй... любимый... ты живой там?.. Отзовись!..

Я не выдерживаю боли сердечной и издаю протяжный стон.

— Ы-хы-хы-ы-ы, — тотчас заводит любимая навзрыд, и чтоб не слышать этого, я хватаю голову в руки — всё равно слышу, тогда врубаю тумблером гимн — и все равно слышу... А глаза находят красные кольца валяющегося на полу детонирующего шнура...

Кольца смазываются, плывут, на шею одно за другим ложатся... Из разодранной пасти писательского моего тайника тротиловую шашку да молоток изымаю. Готовился... Дрожащий в лихорадке конец шнура долго не может в дырочку тротиловой шашки попасть... Наконец-то! Осторожно определяю шашку в ложбинку керамической улитки под себя, там ей место. Второй кончик шнура к полу прижимаю, склонившись. Замахиваюсь молотком... Но тут гимн заканчивается, отыграв полностью. И я снова слышу голос любимой:

— ...Ты меня и видеть не хочешь! Взгляни хоть на прощание, да я поеду назад, к маме. Мне, тут делать нечего... Зачем я с вокзала сюда тащилась. Хотела ведь сразу назад, когда поняла, что не встретил... И поезд был обратный... Зачем, надо было волочься, деток мучить... Мальчик наш сопливит...

Я зажмуриваю со всей силы глаза и опускаю молоток на шнур. Открываю глаза — всё по прежнему. И голос любимой:

— За что мне, Господи, наказание такое?! За что?! У всех мужья как мужья, только вот мой — писатель. Но это всё. Это конец. Я тебя любила, слышишь?.. И люблю... Но жить с тобой невозможно. Не-воз-мож-но!

А я наношу еще один удар по шнуру, но теперь — прицельный, с открытыми глазами. Блин! Отсырел он, что ли?..

— Ты чего там стучишь? Ты роман на стене высекаешь? У тебя бумага кончилась? А! Теперь понятно. Это ты — чтобы на века, значит... То-то — я думаю — стен в квартире не осталось — все поисписал. А на компьютере не хочешь попробовать? Он такой маленький, черненький... Его даже в розетку включать не надо, он с автономным источником питания. Две с половиной тыщи долларов мама за него заплатила! Ты откроешь или нет? Открывай давай!

Нет... Я не открою. Я буду стучать по этому проклятому шнуру, пока он не взорвется и не оторвёт мне голову. А иначе — пусть уж лучше меня в унитаз смоет, как то и положено дерьму... Компьютер — это, конечно, великий соблазн, но меня на эту удочку не купишь.

А любимая уже дверь в истерике на себя дергает, дверь на ладан дышит, потроха из неё торчат, того и гляди — шеколдочка оторвется...

А я уже — в унитазе наполовину — не отвечаю ей. Ничего во мне не осталось — даже голоса. Лишь мысль последняя просит прощения за послед обезображенный и разорванный — который душа моя бросит «в мире прекрасного»... Да рука ещё шевелится из унитаза торчащая — молотком: тюк-бах-бум... Черт... Не взрывается! И в унитаз — дальше ходу нет. Изгибы да колена узкие проходу туловищу не дают, косая сажень плечей в устье унитазном застряла. А теперь и молоток из руки выпал, не дотянуться. Вот, бумажку нащупал с Люськиным стихотворением, «Очень кстати,» — думаю. Палец в рану на груди макаю и вывожу кровью на листке «Прости, любимая!». Защелка уже на одном шурупе держится... Но я успеваю еще раз тумблером щелкнуть, да за веревку дернуть...

Взыграл гимн государственный на мой уход неординарный во всю свою мощь великодержавную. Потоки бурные из бачка хлынули и повлекли меня силы канализационные во глубины зловонные... Благо — слизь по стенкам — скольжению благоприятствует... В тот самый момент любимая дверь и распахнула,

А нет меня — смыло! Только лист бумаги на воде кружится, а вода — по самую каемочку унитаза, потому как я в коллекторе застрял и проход собой закупорил.

Прислушиваюсь: плачет? не плачет? — ничего не слышу, окромя журчанья, мимо меня проистекающего да гимна, приглушенно теперь звучащего. Неужели не плачет?.. Вот и экзамен любви твоей, моя девочка великолепная: ну! зарыдай над унитазом безутешно! Чтоб я услышал и — с легкой душою дальше себе последовал...

Но как я обманываюсь в ожиданиях своих! Пуще той оплеухи! Мне в голову вдруг ударяет гидравлический напор — вантозом она меня, вантозом! Туда — в дерьмо, в самоё дерьмо, где мне, впрочем, и место! Но почему, любимая?!..

А любимая поработала вантозом и снова берёт в руки эту самую бумаженцию, которую, в туалет войдя, с поверхности воды подняла; снова к глазам подносит... Боже, что же в той бумаженции такого, что она меня так остервенело вантозом трамбует? ...И строчки Люськиного поэтического послания начинают звенеть у меня в голове: «Ты не слышишь меня. Я напрасно кричу. Я уже ничего-ничего не хочу...»

О нет, любимая! Я чист перед тобой! Ведь это не я — это Люська написала... «...Просто быть мне распятой опять на ветру. Просто осенью этой я снова умру...» — пусть умирает, пусть!

«Я умру, что бы ты облегченно вздохнул, чтобы крылья расправил и вдаль полетел, чтобы сверху на грешную землю взглянул... Согласись, ты ведь этого, милый, хотел?..» — любимая, слово «милый» здесь ничего не значит! При чём тут я? Люська обращается к художественному образу!..

«Я умру. Только ты все равно не взлетишь. Потому что цепями прикован к земле... Разрываю я криком отчаянья тишь: Ну услышь меня, милый! Молю я: Услышь!» — и только теперь я, леденея сердцем пуще прежнего, понимаю, что по всему этому сверху... моей рукой и моей кровью написано «Прости, любимая!»

Ужас объемлет меня по всему периметру. Это же недоразумение! Я должен вернуться и всё объяснить... Но проталкивает меня сквозь узкий коллектор гидравлический напор воды, как ни пыжусь я удержаться — проталкивает... И влечет неумолимо он меня в бездну невозвратную, а я всё ещё цепляюсь за наросты склизкие, в ладонях тут же тающие — за всё, за что можно цепляться в стояке этом нечистотном... Но проваливаюсь, проваливаюсь...

Уж как я изловчился — и сам не знаю, а только, пролетев изрядно, завернул-таки в какой-то чужой коллектор, а несший меня поток дальше проследовал и через долю секунды в другой трубе разбился, в горизонтальное течение обратившись. Я жабрами похлопал с минуту — дыхание перевел, и — давай пыжится — вверх по стояку проползти хочу, дабы домой вернутся, чтобы любимой всё объяснить. Глухой номер! Склизь такая, что того гляди соскользну, да мимо последнего спасительного коллектора провалюсь, и тогда уже — всё.

А упаси Господь — кого по нужде в сей момент припрет из жильцов стояка этого?.. Нет предела отчаянью моему, ничего у меня не получается... А где-то далеко-далеко песня бормочется, видимо напевает кто-то в сантехническую улитку звукоусиления: «Нормальные герои всегда идут в обход...» И тогда я соображаю, наконец, что это мне подсказка — в обход! Затормозил-то я, надо полагать, в коллекторе санузла первого этажа. Так чего ж лифтом не воспользоваться, чтобы на пятый подняться? Только бы из унитаза вылезти удалось... Ногами упираюсь, тужусь, силюсь, значит, протиснуться в керамических лабиринтах. Хорошо еще — череп размяк да вся прочая кость под действием специального такого гигиенического средства «Крот», а то бы, может, и не вылез. Короче, вылезаю, ослепленный белизной немыслимой чужого сортира! Получилось у меня вылезти...

 

© 2013 wikipage.com.ua - Дякуємо за посилання на wikipage.com.ua | Контакти