ВІКІСТОРІНКА
Навигация:
Інформатика
Історія
Автоматизація
Адміністрування
Антропологія
Архітектура
Біологія
Будівництво
Бухгалтерія
Військова наука
Виробництво
Географія
Геологія
Господарство
Демографія
Екологія
Економіка
Електроніка
Енергетика
Журналістика
Кінематографія
Комп'ютеризація
Креслення
Кулінарія
Культура
Культура
Лінгвістика
Література
Лексикологія
Логіка
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Металургія
Метрологія
Мистецтво
Музика
Наукознавство
Освіта
Охорона Праці
Підприємництво
Педагогіка
Поліграфія
Право
Приладобудування
Програмування
Психологія
Радіозв'язок
Релігія
Риторика
Соціологія
Спорт
Стандартизація
Статистика
Технології
Торгівля
Транспорт
Фізіологія
Фізика
Філософія
Фінанси
Фармакологія


Maleficent - Несвятые святые

Maleficent - Несвятые святые

Фэндом: 30 Seconds to Mars, Jared Leto (кроссовер)

Основные персонажи: Джаред Лето, Шеннон Лето

Пэйринг или персонажи: Джаред Лето, Джейн Осборн, НЖП, мельком Шеннон Лето

Рейтинг: NC-17

Жанры: Гет, Ангст, Драма, Экшн (action), Психология, Философия, Даркфик, POV, Hurt/comfort, Songfic

Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Насилие

Кол-во частей: 16

Описание:

У него было все: слава, богатство, семья, преданные фанаты... Но однажды ему захотелось большего... какой-то картины. Кто знал, что с появлением этого полотна и его таинственной хозяйки жизнь Джареда Лето круто изменится, и он попадет в треугольник, из которого уже не сможет выбраться.

Посвящение:

Всем нашим темным демонам

Примечания автора:

Это вне какона. Что-то совершенно необычное и непривычное. Готовьтесь, читатели.

P.S. У каждой главы есть свой саунд-трек, указанный в самом начале. Включайте для наилучшего восприятия текста. Проникнитесь настроением фанфика и его героев. Прочувствуйте все то, что заложено здесь.

Prologue

На первом этаже наполовину разрушенного здания ярким пламенем горел костер. Запах паленых дров, как опасный газ, захватил в плен весь периметр. Ночную тишину разрезали звуки сверчков и взмахи бамбукового синая. Две фигуры, подобно быстрой смене кадров, перемещались по сероватым от сырости и времени стенам, попеременно сталкиваясь японским оружием. Одна выворачивается, прогнувшись спиной, чтобы избежать удара, наносит ответный, но противник перехватывает. От ветра огонь то утихает, то разгорается вновь. Удар, поворот, еще удар. Пыль под ногами, словно легкая дымка, забивается между пальцами ног в открытых сандалиях, и эти неприятные ощущения заставляют скрежетать зубами. Взмах мечом и резкий перехват. Обе стороны сильны.

- Что нужно убить в себе?

Свист в воздухе от взмаха синая.

- Страх.

Перехват удара. На каждый вопрос атака и блокировка.

- Если страх овладеет тобой?

- Уничтожить себя.

- Зачем ты здесь?

- Нести справедливость.

- Твоя цель?

- Очистить мир от подлых.

- Что может погубить тебя?

- Доброта.

- Еще!

Атаки с бамбуковым мечом становятся все агрессивней.

- Сочувствие.

- Еще!

- Сострадание.

- Еще!

- Никаких чувств.

- Еще! – надрывается голос противника, изворачиваясь от удара и нанося свой ответный.

- Нельзя любить! – срываясь на крик.

Тень выворачивается от противника, хруст от сломанного о согнутое колено синая на две части заполняет пространство, поворот на 360 градусов, прыжок, кувырок в воздухе – как запутывающий маневр – наклон, и оружие вылетает из рук соперника, поддетое останками бамбукового меча.

- Меня невозможно сломать…

Бой завершен. Сегодня ученик превзошел своего учителя. Усвоив все правила, познав свое предназначение, изменив духовное сознание и стерев все былое, можно выпустить узника из клетки. В «Лиге Теней» прибыло.

Пришло время.

Chapter 1. My war

The way she came into the place

I knew right then and there

There was something different

About this girl

The way she moved

Her hair, her face, her lines

Divinity in motion…

Michael Jackson “Dangerous”*

Как же я ненавижу эти людские столпотворения! Иной раз проклинаю свою популярность, когда не могу спокойно посетить то или иное место. Например, выставку изобразительного искусства в главном музее Нью-Йорка. «Мне нужен ваш автограф! Это так много значит для меня!», «Мой племянник большой поклонник вашего творчества, как насчет пожелания и автографа на моем Приглашении?», «Можно сфотографироваться с вами?» - гуляя по коридорам музея, складывается впечатление, что главным объектом, а точнее экспонатом, здесь являюсь я сам. И никому нельзя отказать. Ты же знаменитость… Черт возьми, как же я хочу насладиться нормальной жизнью…

Что если бы я не стал музыкантом, а художником? Как бы я смог передать в своих картинах все те послания, что вкладываю в свои тексты и музыку? На что это было похоже? Что-то яркое или, наоборот, темное? Абстрактное или конкретное? Размышляя на эту тему, я бродил по залам выставочного комплекса, когда увидел её... Ту самую картину, способную выразить все то, что сидит глубоко во мне.

Человек без плоти и любого внешнего облика, обычный силуэт, полупрозрачная дымка, в позе распятия. На одной руке кусок оторванной веревки – борьба за свою свободу, на другой – пятна. Это может быть краска, чернила – что угодно, но это символ творения. Ты всегда замараешь свои руки, когда будешь творить. Ноги у этого обезличенного объекта все в крови – вставай, иди, даже если тебе больно, следуй своим мечтам, несмотря ни на что, сотри их в кровь, но приди к финишу. И весь этот дух пронзают лучи, иголки, мечи, свечения, штыки, я не знаю, но он насквозь порешен. «Мечты, борьба, самосовершенствование, доверие, изменение, смелость, интрига, воображение, творение, вера, развитие, чувства, путешествия и т.д.» – этот ассоциативный ряд пронесся в голове при виде этих лучей, проходивших сквозь дымку призрака на полотне. Синие краски, смешанные с черным, серым, белым, капелькой бордо и фиолетового оттенка, создают некоторый замкнутый внутренний мир. Эта чернота с некоторыми вкраплениями светлых тонов дает ощущение потери себя самого. «Рожден сукой от семени ублюдка»… Эта картина, эти непонятные полу-размытые мазки, абсолютная неразбериха и чертовщина… Она овладела мной. Глаза цепляются за табличку с названием полотна. «Моя война». Именно! Борьба собственного темного и светлого начала! Это то, что мне нужно! Я хочу ее. Она нужна мне.

Сердце буйно забилось: я почувствовал, что наконец-то нашел отображение собственного внутреннего мира, предмет страстных поисков. Это полотно подобно картине Мунка “Крик” – такое же сильное, мощное, обладающее необъяснимой энергией.

Жадно ищу глазами куратора выставки, в то время как мысли были полностью поглощены этой картиной – одновременно прекрасной и ужасной. Я даже уже представил, куда смогу повесить ее – в студии, прямо напротив кабины звукозаписи, чтобы всегда видеть себя, свое «Я» со стороны.

- У вас безупречный вкус, мистер Лето. Но почему такой мрачный выбор? Разве вам не понравилось полотно с изображением заката в Эль-Пасо? По-моему, очень умиротворяюще, – подлизывался куратор Энди Гейн. Тот еще ублюдок. Всегда старается впихнуть богатеньким папикам лежалый мусор. Ненавижу таких.

- Мне нужна она! – Тычу пальцем прямо на полотно. – Сколько?

- Мы еще не устраивали аукцион…

- Я дам три цены от стартовой. Сколько? Назовите мне сумму?

- Поймите, мистер Лето, это…

- Я хочу ее!

- Она не продается, – раздался строгий и стальной голос за спиной.

Стоило обернуться, как перед нами возникла фигура элегантной незнакомки в облегающем черном платье, длиной чуть выше колен. Сколько женщин я видел? Тысячу? Две? Нет, может, десять тысяч или даже сотню… Но эта… Ее божественная красота одновременно притягивала и отталкивала. Овальное лицо с ярко выраженными скулами, идеально ровная кожа без каких-либо изъянов, будто фарфоровая. Алые губы, не пухлые, но и не тонкие, зубы, ровные и блестящие, белее любого жемчуга. Её руки привлекли бы взгляд любого скульптора – длинные пальцы, еле заметные вены на поверхности кожи, тонкие запястья и подтянутые мышцы. Тонкая талия легко уместилась бы между обхватом двух ладоней. Её волосы, темно-русого цвета, слегка волнистые, густые и шелковистые, были распущены, изящные локоны спадали на плечи. Цвет волос оттенял прекрасные темно-зеленые глаза, обрамленные пушистыми и подкрученными ресницами. Ее длинные худые ноги могли свести с ума и покорить любые подиумы мира. Все ее тело казалось легким, воздушным и изящным. Эта женщина само совершенство!

- Вы забронировали эту картину? – интересуюсь немного хамоватым тоном.

- Нет, – голосом полного безразличия ответила незнакомка.

- Тогда, может, вы уже купили ее?

- Нет.

- Назовите мне хоть одну причину, по которой я не могу купить это полотно?

- Оно не продается.

Пытаюсь разглядеть ее лицо: нет никаких изъянов, выглядит так, словно это не живой человек, а фарфоровая кукла. Толстый слой макияжа? Или природа одарила такой идеальной кожей? Но она выглядит прекрасно. Холодно, но прекрасно.

- Зачем вы подсаживаетесь ко мне, испытывая явную неприязнь?

- Может, я хочу поболтать?

- А если я этого не хочу?

- Придется потерпеть...

- А вы нахал, - хлопая своими ресницами изрекла она, обмахиваясь буклетом с выставки.

- Спасибо за комплимент.

- Будьте добры, избавьте меня от своего общества. Я жду очень важного человека.

- Мне здесь нравится сидеть. Обзор лучше. – Закинув за голову руки, пытаюсь принять самый что ни наесть пофигистический вид.

- Извините, я не знаю, как вас зовут, но вы сущая заноза в заднице!

- Лето. Джаред Лето, – протянув руку для приветствия, представляюсь.

- Наглая задница мне нравится больше! Знаете что... – Она встала со стула, чтобы покинуть мое общество, но тут ведущий начал аукцион, громко хлопнув деревянным молотком.

- Итак, прошу всех занять свои места. Объявляю наш аукцион в помощь детскому дому Бруклина открытым!

- Куда же вы спешите? – спрашиваю наигранным голосом, улыбаясь во весь рот как последний придурок.

- Куда-нибудь подальше от вас!

- Мэм, пожалуйста, сядьте на свое место! – попросил ведущий.

- Придется, мисс Осборн, придется! – Взяв ее за запястье, сажу обратно на место.

- Откуда вы знаете мое имя? – полным удивления голосом спросила меня дама в черном с темно-русыми волосами, пиля своими большими зелеными глазами.

- Я же сказал, я Лето, Джаред Лето! Почти что Джеймс Бонд!

- Вы страдаете раздвоением личности?

- Бывает...

Во время нашей жаркой дискуссии начались торги. Первый лот – картина Генри Сиерра «Одиночество», уроженца Великобритании. Занятное полотно, но, если честно, немного скучноватое. Не в моем вкусе. Меня интересует кое-что другое...

- Возвращаясь к нашему спору. Почему вы не хотите продать мне свою картину?

- Да что вы привязались ко мне? – Нет, нет, я не намерен отступать! Или я не Джаред Лето, добивающийся всех своих желаний. Аминь!

- Продай полотно, я дам тебе любую сумму... – спрашиваю уже с нажимом в голосе.

- Я же сказала – НЕТ!

- Двадцать тысяч долларов раз!

- Почему?

- Двадцать тысяч долларов два!

- Я не хочу отдавать свое творение в ваши руки!

- Двадцать тысяч долларов три!

- Глупая отмазка!

- И «Одиночество» уходит господину под номером 1077 за двадцать тысяч долларов!

- Вы ужасны!

- Я всегда добиваюсь всего, чего хочу!

- Вы мешаете мне следить за ходом аукциона. Пожалуйста, сядьте на свое место. Вас здесь никто не ждет.

- Вам не кажется, что вы очень резки в общении, мисс Осборн. Ай-яй-яй, – качаю головой и прицыкиваю, закатив глаза. Положив ладонь поверх ее руки, стреляю глазками. Может, так сработает?

- И следующий лот уходит господину...

- Давайте пойдем на компромисс?

- Послушайте, это начинает раздражать!

- Поздравляю с покупкой! И двадцать две с половиной тысячи уходят в детский дом.

- Твою мать! – резко одернув мою руку, взвыла девушка. – Из-за вас я упустила картину и ее покупателя. Что вы прицепились ко мне, как банный лист?!

- Разве это имеет значение?

- О господи... – Подорвавшись на своем месте, она убежала из зала, громко цокая своими каблуками. Ухмыляюсь. Дело практически в шляпе.

- Она будет моей...

Аукцион продолжился. В этот день я так ничего не купил. Меня интересовало нечто другое, будоражащее все нутро, душу, сердце, каждую клеточку... Зато сделал добровольный вклад в благотворительность. Хоть одно доброе дело.

* Как только она вошла,

Я сразу понял,

Что было нечто особенное

В этой девушке.

То, как она двигалась,

Chapter 2. Step by step

Stop! Take some time to think

Мне хотелось насолить. Точнее, достать так, чтобы она отдала мне эту картину, не забыв еще помолиться на дорожку. Итак, я подробно изучил ее биографию, увлечения и распорядок дня. Хотя и здесь не обошлось без странностей.

Оказывается, Джейн Осборн – богатая наследница корпорации Осборнов и сирота. Что в этом странного? Сейчас объясню. Во-первых, она заядлая тусовщица и светская львица. Подобие Перис Хилтон. Кстати, где-то прочитал, что они подружки. Во-вторых, пять лет назад, в возрасте двадцати семи лет, она бесследно пропала на склонах в Альпах, катаясь на лыжах. Больше месяца шли поиски, но ее так и не обнаружили. Спустя год девушку официально объявили мертвой. Чуть позже в автомобильной катастрофе разбились ее родители. У руководства корпорации остался старый дедушка Осборн. Прошло три года с момента той самой трагедии. И каким-то чудом Джейн Осборн вернулась в Америку живой и невредимой. По слухам желтых журналистов, она попала под лавину и выжила. Ее нашли какие-то жители близлежащей деревушки и забрали к себе на восстановление. Как того требует жанр приключений, Джейн потеряла память, не помня ни своего имени, ни фамилии, ни даты рождения. Вот так и жила в неведении несколько лет, пока где-то не нашла вырезки из газет со своим лицом. Спустя какое-то время она вернулась в Штаты. Обезумевший от счастья старик Осборн в прямом и переносном смысле умер от счастья, узнав, что его внучка цела и невредима... Хотя, как невредима... По слухам, ее лицо было ужасно обезображено, от былой красоты не осталось и следа. При помощи множества пластических операций ей удалось восстановить свой внешний вид. Вот так она вернулась с того света.

После смерти родителей и деда, ее триумфальное возвращение ознаменовало новую главу в книге жизни клана Осборнов. Девушка стала управляющей компании. С ее реинкарнацией все изменилось. От былой тусовщицы не осталось и следа. Она разогнала всех слуг из именного особняка, наняла лишь одного дворецкого, с которым очень редко выбиралась на публику. Он стал для нее и телохранителем, и слугой, и старшим наставником. Если ее удавалось увидеть на каком-то светском мероприятии, а чаще это были аукционы или благотворительные вечера, то это считалось большой удачей. В свои тридцать два Джейн Осборн превратилась в некое подобие призрака – вроде она есть и вроде бы ее нет. Никаких интервью, съемок... Это настоящая затворница, каких только поискать надо! Вся ее жизнь была окутана плотной черной вуалью.

Однако мне удалось выяснить, где ее можно поймать. Да, бедняжка, спору нет. Но и меня стоит пожалеть – я старый дедушка, я хочу ее картину. И я сделаю все возможное, чтобы заполучить ее в свои руки. Я объявляю охоту на Джейн Осборн открытой!

Ловушка номер один.

По утрам в загородном парке достаточно прохладно. Низкая температура и роса заставляют ежиться от холода. Бррр, лучше б сидел дома, а не на скамейке возле пруда. Закрыв газетой лицо, краем глаза я вел наблюдение за обстановкой: люди со стаканчиками кофе мчатся на работу, мамы ведут малышей в детский сад, утки тырят хлеб у продавца хот-догов, а несколько утренних бегунов, ведущих здоровый образ жизни, наматывают круги по парку... Так, так...

На горизонте появилась Джейн Осборн в черных спортивных лосинах, темной олимпийке, спортивных кроссовках. На лице темные очки, в ушах наушники от маленького айпода, прикрепленного к вороту куртки, на голове бейсболка. На бегу ее фигура выглядит еще изящней, отчего кажется, что она не касается земли, а парит в воздухе...

Ловушка номер два.

На самом деле, Нью-Йорк – сумасшедший город! Он никогда не спит. Правда. Здесь горожане и туристы снуют туда-сюда. Это как вечный двигатель, который нельзя остановить. Но в этом есть определенный шарм.

Утром возле Эмпайр Стейт Билдинг народу как тараканов. Я стою за углом кирпичного строения, наблюдая за выходом противоположного здания. Чувствую себя настоящим шпионом. Мне еще никогда не выпадало такого испытания. Я как Джеймс Бонд и даже круче – у меня есть куча подружек, а еще армия фанатов, готовых убить любого, кто посмеет покуситься на меня. Правда, у меня нет супер-крутых тачек и шпионского оборудования. Пофиг. У меня есть подружки! Размышляя на эту тему, я чуть не пропустил свой объект наблюдения. Мисс люблю-швырять-людей-в-воду вышла из головного офиса корпорации семьи Осборнов и направилась вверх по тротуару. Перебегаю дорогу и следую за ней. Почти два квартала иду по ее пятам. Кажется, она меня не замечает... И стоило мне об этом подумать, как девушка резко остановила желтое нью-йоркское такси и запрыгнула в него.

- В Клермонт, пожалуйста.

- Нет, едем в музей изобразительных искусств и забираем твою, то есть мою, картину, - спокойно сказал я, садясь в это же такси на заднее сиденье рядом с Джейн. – Кстати, привет!

- Ты вконец оборзел?

- Так куда едем? – вопрошал таксист индийской внешности, повернувшись к нам. Ясно, нелегал.

- В Клермонт!

- В музей!

- Так куда?

- Трогай! – прорычала на бедного мужика эта стерва.

Ловушка номер три.

Вообще-то я не большой любитель оперных представлений. Мне по душе концерты хороших исполнителей или закрытые тусовки именитых ди-джеев. Там ты свободен во всем. А в Опере ты должен быть при костюме и, желательно, галстуке. Что за дискриминация! Я люблю свои штаны с мотней и майки с глубокими вырезами... Ладно, черт с вами...

Старинный зал с расписными потолками какого-то там века встречает своих гостей в дорогих туалетах и с хорошими манерами. Все рассаживаются по своим местам. Я, как примерный театрал, стою в проходе, наблюдая в маленьких бинокль за происходящим вокруг: дама преклонного возраста в платье а-ля королева Елизавета ругает за что-то своего нерасторопного мужа, парень с огромным пивным животом втихомолку лопает крекеры из кармана пиджака, а сидящая рядом блондинка грызет ногти... Шабаш какой-то, а не сборище интеллигентных людей. Свет начинает гаснуть, все на своих местах, звонит третий звонок...

- Думаю, это будет отличное представление, - тихим и спокойным тоном сказал я, садясь на свободное место рядом с Джейн Осборн.

Выглядела она по-особенному прекрасно: волосы собраны в пучок, из которого небрежно торчало несколько прядок, шелковое платье в пол без бретелей изумрудного цвета и колье-ошейник из черных бриллиантов выдавали ее за даму из высшего общества.

- Боже праведный, неужели я так сильно согрешила, что ты очень жестоко наказываешь меня?

- Перестань, давай просто наслаждаться оперой...

- Наслаждаться? Когда рядом со мной ТЫ? Черта с два!

В этот момент заиграла музыка, и открылся занавес. Представление начинается... Дама в формах затянула своим ангельским голосом прекрасную арию...

- Что я такого сделала? Почему ты постоянно преследуешь меня? Ты маньяк? Чего ты добиваешься? – шепотом спросила мисс Осборн, закрыв ладонью глаза. Раздражена и зла по высшему разряду. А я умею "нравиться" женщинам.

- Слушай, я не хочу больше ругаться и быть опрокинутым в воду. Давай дружить?

- Да ты издеваешься? Уходи, пока я не вышла из себя! – угрожая указательным пальцем правой руки, прошипела она, надеясь испепелить меня своим убийственным взглядом.

- Молодые люди! Можно тише? – сипела старуха, сидящая рядом.

- Джейн, позволь мне доказать тебе, что я не такой, каким кажусь на самом деле!

- Ты еще не понял? Оставь меня в покое!

- Если вы хотите выяснить отношения, то покиньте партер! – опять сделала замечание старушка, кряхтя как паровоз от негодования.

- Просто дай мне шанс показать себя с другой стороны.

Расставь свои приоритеты,

Chapter 3. Fuckin' boots

Who made up all the rules

We follow them like fools

Believe them to be true

And it’s ironic too

Coz what we tend to do

Is act on what they say

And then it is that way*

Jem “They”

- Окей, я на месте. Надеюсь, наша встреча не затянется до полуночи? – ворвавшись в ресторан, словно баллистическая ракета, и на ходу скидывая пальто, выпалила Джейн Осборн. Я же в этот момент уже сидел за столиком возле окна, попивая воду.

- Вам никто не говорил, что опаздывать не хорошо?

- А тебе никто не говорил, что ботинки нужно застегивать? Ты собрался мне мораль читать? – уже присев за стол не без моей помощи, изрекла она, положив на стол мобильник.

- Так ногам легче.

- Смотри не запнись где-нибудь и не потеряй их.

- Ха-ха, какой тонкий у вас юмор, мисс Осборн. К слову, вообще-то я старше тебя...

- Во-первых, что за скачки – то на «ВЫ», то на «ТЫ»? Давай-ка уже остановимся на «ты», окей? Во-вторых, откуда тебе знать, сколько мне лет? – Она обнажила свои зубы и провела по ним языком, подобно змее перед атакой на несчастного кролика.

- Джейн Осборн, наследница корпорации Осборнов по научным разработкам в области энергетики. Тридцать два года, не замужем и никогда не была замужем. Заядлая тусовщица и любительница горнолыжных курортов... – На последней фразе она резко посмотрела на меня.

- Шпионишь за мной?

- Нет, умею Гуглом пользоваться.

- Хорошая шутка.

- А теперь давай попытаемся расслабиться, познакомиться ближе. Но только без всяких там швыряний посуды... И никаких битв вилками...

- Бывало и такое? – Она в удивлении вскинула брови.

- Знаешь, девушки бывают непредсказуемыми... – ухмыльнувшись, почесал кончик носа. – Однажды в ресторане одна девица устроила мне скандал, якобы я неправильно посмотрел на официантку. Она ткнула мне вилкой в грудь – два удара, восемь дырок! Прощай, любимая футболка...

- Неужели такие психанутые еще встречаются?

- Не поверишь, бывают...

- Успокойся, я не стою на учете в психдиспансере. – Такой коварный взгляд. Язва... Остроумия у нее не отнимать. – Знаешь, я ужасно голодна... Давай сделаем заказ?

- Согласен. Я бы съел слона, но я, увы, веган. Шучу.

Мы раскрыли меню, заказали закуску, салаты, горячее и фреши. Намеренно не стал брать алкоголь, потому что это сейчас он нам не сыграет на руку. Тем более я за рулем. Пока ждали заказ, разговор перешел из разряда «Ты меня бесишь, тупое животное» в фазу «Ну, а ты вроде ничего». Сначала зеленоглазая Джейн оставалась холодной, пыталась сдерживаться в эмоциях, была очень жеманной. Потом стала немного мягче, ведь я себя вел как истинный джентльмен – не ругался, громко не смеялся, пошлости не рассказывал, на секс не намекал и даже сказал парочку комплиментов. Мы обменивались какими-то глупыми шутками, но это было воистину смешно. Кое-что она рассказала о себе, о чем-то своем говорил я. В какой-то момент мне показалось, что мы знакомы сто лет.

С одной стороны это выглядит очень странно – женщина, которая хотела меня испепелить своим взглядом, за которой я гонялся несколько недель и назло доставал своим присутствием, сдалась и сделалась мягкой и пушистой. Неужели во всем виноваты мужские флюиды? Может, все женщины специально строят из себя недотрог, набивают себе цену, чтобы потом поднять белый флаг и как бы вместо компенсации стать хорошей девочкой? Или это пары феромонов подают нам сигналы? Давай, действуй, сдайся, отдайся! Наверное, на этот философский вопрос – почему женщины такие странные существа – никогда не найдется ответ.

- Что ж, спасибо за прекрасный ужин, - обмокнув губы, благодарствовала Джейн. Отложив салфетку, она потянулась к сумочке за бумажником.

- Я заплачу.

- Оу! Неужели не перевелись джентльмены?

- Иногда я могу быть хорошим.

- Это я уже заметила. Не думала, что скажу это, но я прекрасно провела время. Спасибо за шуточки и замечательный вечер, мистер Лето.

К нам подошел официант.

- Ваша карточка, сэр.

- Спасибо за прекрасное обслуживание и еду. Передайте нашу благодарность повару.

Сев за руль, поворачиваю зажигание. Мотор рычит, кручу ручку, держа на сцеплении – дразню. И резко давлю на газ, срываясь с места. Уровень адреналина начинает медленно, но верно, повышаться. Чувствую, как тонкие пальцы сцепляются на прокаченном торсе, как ее нос упирается в мою спину. Ветер бьет в лицо, развивая непослушные волосы, заставляя женское тело прижаться сильнее. Это немного в стиле романтичного кино: мужчина и женщина, они идут наперегонки с ветром. Он смел, обаятелен. Она красива, загадочна. Сейчас они мчатся на высокой скорости в неизвестность. И между ними что-то есть. А что – пока загадка.

- Мы приехали!

- Книжный магазин? – немного опешив, спросила она. Я слез с мотоцикла и протянул руку своей спутнице – не дай бог растянется звездой на своих шпильках или порвет платье, стоимостью в несколько тысяч долларов.

- Да, книжный магазин.

- Что мы будем здесь делать?

- Просто не хочу быть банальным похотливым мужиком. Ресторан, цветы, романтичные охи-вздохи и секс на первом свидании... Даешь бунт устоявшимся традициям! Будь оригинальным!

- Ты странный. Очень странный тип, Лето!

- Да, пожалуйста, называй меня по имени. Лето – слишком официально. Хорошо, Джейн?

- Хорошо, Джаред.

Улыбаюсь. Мы заходим в книжный. Так как это был уже вечер, практически полночь (магазин круглосуточный), то надо полагать, народу практически никого. Не имея малейшего представления, зачем или за какими книгами мы сюда приехали, направились в первый зал. По-моему, это была история...

Блуждая по всем этим отделам, у меня возникло ощущение, что это нечто необъяснимое, неподвластное логике. Признаюсь, больше всего я хотел заполучить ту самую картину. Мне хотелось сломать эту женщину. Показать, что все-таки мужчины – сильный пол. И уж точно противоположному полу нельзя ставить нас на место. Отчасти чувствую себя каким-то прыщавым четырнадцатилетним подростком – сначала ты гнобишь понравившуюся девчонку, показывая все свое презрение, доставая ее своими издевками, а потом сдаешься, вроде как махнув рукой: «Ну, давай попробуем». Получается, я тоже сдался? Она околдовала меня? Заставила сначала ненавидеть себя, а потом удивляться ее наблюдательности, острому язычку, высокому уровню интеллекта. Обычно светские львицы и барышни из высокого общества не отличаются подобными качествами. Диплом Гарварда или Ельского университета еще ни о чем не говорит. Главное то, что у тебя в голове – мозги.

- Император Наполеон I отличался большими достоинствами! – изображая занудного телеведущего, читала вслух какую-то книжку Джейн, нервно дергая губами. Смешная. – О да, мы знаем, какие у него были достоинства!

- Ты имеешь в виду его достижения или наличие стручка?

- Ахахаха! Как точно сказано! Император Наполеон – мистер маленький стручок! – Дикий смех заполонил все здание книжного.

- Неужели размер все-таки имеет значение?

- Знаешь, я где-то читала, что все военные лидеры, желающие поработить мир, не отличались хорошим стволом в штанах и большими победами в постели.

- Откуда такие познания?

- У каждого со свечкой проверяла! – подмигнув, ответила она, положив книжку обратно на полку.

- Смотри, я похож на Эйнштейна? – Джейн обернулась, и начала истерично смеяться – я стоял в нескольких метрах от нее, держа возле лица биографию великого ученого, высунув язык, как на обложке книги.

- Подожди, не хватает одной детали! – Подойдя ко мне практически вплотную, она улыбнулась и приложила прядь своих волос к моему лицу, сделав тем самым фэйковые усы. – Вот, теперь точно похож!

Я смотрю на неё, её лучезарную улыбку и юношеский задор – она раскрывается. Как бутон розы, который открывается только в том случае, когда он чувствует себя комфортно. И шипы отпадают как-то сами собой.

Вдоволь насмеявшись, бежим в другие залы. Искусство, мода, классика, проза, поэзия, современные авторы, кошки, собаки, словари и прочие опусы. Мы обошли все! Читали какие-то выдержки, изображали авторов, смеялись над картинками в кама-сутре. Это было действительно забавно. Еще никогда мне не было так весело. Мы бы провели там еще несколько часов, пока нас не выдворил охранник магазина - видите ли мы себя непорядочно ведем. Это напомнило мне школьные годы, когда приходя в библиотеку старая клюшка, сидящая за карточками учеников, своим скрипучим голосом говорила: «Соблюдайте тишину! Вы в храме науки!» Помахав магазину, мы отправляемся к другой остановке. Нас ждет средний Манхеттен!

- Что на сей раз? – недоверчиво подняв одну бровь, поинтересовалась Джейн. – Бар, паб? Выпивка? Шлюхи, виски и блек-джек?

- Все гораздо проще.

Вдруг заиграла музыка, люди зашевелились и стали собираться в самом центре зала ожидания – как скрепки на магнит. И уже вся площадь вокзала заполнилась нетленным хитом “New-York, New-York” в исполнении Рэя Куинна в современной обработке. Моберы, количество которых превышало за пару сотен точно, выстроились в стройные ряды, выполняя одинаковые элементы джазово-клубного танца. Это как-то так, видимо, называется. Я в этом не силен.

- Идем! – Тяну ее за руку, желая присоединиться к этому сумасшедшему действу.

- Что? Танцевать? Джаред, ты рехнулся?

- Может быть...

- Я даже не знаю никаких движений!

- Я тоже!

- Тогда какого черта мы тут делаем?

- Просто расслабься и получай удовольствие. Тело тебе подскажет, как и что делать.

- Не боишься потерять свои гребанные ботинки? Они могут слететь во время танца, если ты их не застегнешь.

- Похоже, ты завидуешь моим ботинкам и хочешь заполучить их себе!

- Послушай, вся эта затея... Это как-то странно! Что подумают люди?

- Не всегда нужно соблюдать правила жизни – вырвись на свободу, будь тем, кем ты хочешь быть! И вообще, кто придумал все эти условности: что правильно, а что нет? Не нужно быть такими, какими велит быть общество! Сегодня мы будем делать то, что нам нравится! Вперед!

- Ты псих! – сквозь смех проговорила Джейн, следуя за мной.

- Это Нью-Йорк, детка!

Затерявшись где-то в толпе, пытаемся повторить движение моберов. Получается кривовато, несуразно, но это доставляет определенное удовольствие. Эдакая пародия – ты пытаешься походить на своего кумира. Как это обычно делают дети, беря, к примеру, мамину расческу, изображая перед большим зеркалом себя в роли поп-певицы.

Синхронно выполняя движения с толпой, мы вполголоса подпевали Рэю:

Хочу проснуться в городе, который не спит!

И узнать, что я - номер один, первый в списке, король горы, номер один!

Я хочу быть частью него –

Нью-Йорка, Нью-Йорка!

Все улыбаются, отдаваясь динамике танца. И уже не кажется, что ты какой-то дурак, сбежавший из психушки и танцующий в одной пижаме на Центральном вокзале. А ведь зевак собралась немало. Покачивая в такт головами, вскинув руки вверх, виляя бедрами и восхваляя Нью-Йорк, мы падаем в бездну безмятежности, где нет разделений на богатых и бедных, знаменитых и безызвестных – здесь все равны. И все безумно влюблены в Нью-Йорк.

- Это круто!

- Я же тебе говорил!

- Ты увлекаешься подобными штуками?

- Нет, случайно увидел в Твиттере, решил, почему бы и нет? – пытаясь не сбиться с ритма, говорил я, хлопая в ладоши.

- Но это действительно потрясно!

- А ты сопротивлялась.

Джейн стоит чуть поодаль и наблюдает. Набрав в легкие побольше воздуха, кричу опять. Вновь и вновь. Что есть сил. Но стоило только мне замолчать, как раздался женский крик. Сначала негромкий, а потом по нарастающей, с новой силой, все больше и больше. И мы кричим в два голоса. Это своеобразный катарсис. Говорят же, что нечистая сила боится громких звуков. Может, и здесь так же – ты кричишь, заставляя внутреннего демона выползти наружу и бежать, куда глаза глядят, лишь бы не слышать более этот ужасный ор. Первая волна, напоминающая рев животных, прошла, за ней хлынула вторая, смешанная с истеричным смехом, гоготом и придурковатым ором. Вот это уже какое-то дурачество. Но ведь дураков всегда поощряют.

Незаметно для самих себя, Джейн и я начинаем бегать по полю, играя в догонялки, пятная друг друга по плечу. Детство, детство... Мы были такими беззаботными.

Во время очередного побега, пытаясь увернуться от моей пятнашки, бедолага Джейн чуть не шмякнулась на своих каблуках, но я ее вовремя подхватываю. Держу ее за талию одной рукой, она будто в диагональной позиции, со стороны это может показаться, что мы танцуем, а она сделала контрольный выпад... Мы смотрим друг другу в глаза. Ее губы наполовину раскрыты, грудная клетка тяжело вздымается...

- Это было волшебно... Я никогда раньше не испытывала такой легкости. Спасибо, Джаред. – Ее голос такой нежный и ласковый, как кусок китайского шелка.

- Спасибо за прекрасный вечер... – Я склонился ниже: наши лица разделяли какие-то два-три сантиметра. Есть в этой женщине что-то такое, заставляющее меня отключать мозги и быть не таким, как прежде...

- Ты не такой, как я думала... Ты совсем иной...

- Внешность обманчива, - уже практически шепотом, в двух сантиметрах от ее губ. Это невыносимо опасное расстрояние...

- Отвезешь меня домой?

- Ах, да, – отряхнувшись, словно от тумана, пробурчал я, помогая подняться ей на ноги.

Мы идем в сторону оставленного мотоцикла, забираемся на него и мчимся обратно к никогда не спящему Большому Яблоку. Женское тело прижимается ко мне ближе, я чувствую, как ее пальцы скользят по животу, поднимаясь выше. Внутри все разрывается. И я не знаю от чего – от восторга или неожиданности. Ее нос упирается в мою шею, зарываясь в волосах, я чувствую горячее дыхание на своей коже. И это возбуждает, заставляет пробудить внутри себя похотливого самца. Но что это? Провокация? Дразнилка? Или нечто иное? В этот момент я жалею, что взял мотоцикл, а не автомобиль. Мне не составило бы особого труда положить свободную руку на ее коленку, задрать платье... Пошлые мысли проникли внутрь меня. Во мне все горит. Пока я размышлял на эту тему, женщина, сидящая позади меня, ласкала мое тело своими руками, доведя тем самым до высшей точки возбуждения... И вот мы уже приехали на место.

Прощаясь на пороге, я понимаю, что выгляжу настоящим школьником, проводившим одноклассницу до дома, неся ее портфель. Возникает неловкое молчание – впервые в жизни не знаю, что сказать. Н

© 2013 wikipage.com.ua - Дякуємо за посилання на wikipage.com.ua | Контакти