ВІКІСТОРІНКА
Навигация:
Інформатика
Історія
Автоматизація
Адміністрування
Антропологія
Архітектура
Біологія
Будівництво
Бухгалтерія
Військова наука
Виробництво
Географія
Геологія
Господарство
Демографія
Екологія
Економіка
Електроніка
Енергетика
Журналістика
Кінематографія
Комп'ютеризація
Креслення
Кулінарія
Культура
Культура
Лінгвістика
Література
Лексикологія
Логіка
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Металургія
Метрологія
Мистецтво
Музика
Наукознавство
Освіта
Охорона Праці
Підприємництво
Педагогіка
Поліграфія
Право
Приладобудування
Програмування
Психологія
Радіозв'язок
Релігія
Риторика
Соціологія
Спорт
Стандартизація
Статистика
Технології
Торгівля
Транспорт
Фізіологія
Фізика
Філософія
Фінанси
Фармакологія


Созидательная энергия древних

 

У меня практически не было сомнения в том, что для энергетической накачки гигантского резонатора лазера использовалась ментальная (или психическая) энергия древних людей. Я уже знал, что психическая энергия, силу которой мы еще плохо осознаем, мобилизуется с помощью заклинаний — тех самых заунывно произносимых звуков или слов, секрет которых никому не выдают йоги и самые главные из которых хранятся как величайшее сокровище в самой Шамбале. Технологией заклинаний можно было назвать технологию древних людей, плоды которой мы воочию видели здесь — в Городе Богов.

— Наверное, очень странной была жизнь древних людей! — думал я. — Стоило произнести заветное слово, как откуда ни возьмись появлялась колоссальная по мощности сила, которой ты, обычный (древний!) человек, мог управлять, как хочешь... Только бы не возникало желания направить эту силу в угоду зависти или мести... без святого контроля Совести.

Я представил, что на том же месте, где сейчас стою я, когда-то стоял древний человек, возвышаясь более чем на 10 метров от земли, и тоже смотрел на каменный лазер. Мне почему-то казалось, что взгляд его был обращен именно на конусовидное возвышение на переднем зеркале каменного лазера, чтобы через него ввести свою психическую энергию в резонатор лазера. Обратив свой взор туда, древний человек стал концентрировать свое внимание на своих же чувствах, добиваясь того, чтобы они стали легкими, светлыми и летучими, а самое главное — преисполненными Любовью к Богу. Постепенно древний человек стал ощущать, что весь мир переполнен чувствами, и что его личные чувства входят в этот мир чувств. С помощью своих чувств древний человек начал анализировать мир чувств и, наконец, заметил в нем то, чего ждал, — в нем жили и процветали чувства Воды, чувства Земли, чувства Огня и чувства Ветра. Эти чувства совсем не походили на его человеческие чувства, но они явно существовали — эти странные чувства четырех, кроме него, элементов. Древний человек попытался понять чувства Воды, потом — Земли, потом — Огня, потом — Ветра, но они были слишком непохожими на человеческие чувства, хотя они были такими же сильными и животрепещущими и... чем-то очень родными. Древний человек тут же приступил к концентрации своего внимания на том чувстве, что чужие для него чувства Воды, Земли, Огня и Ветра являются одновременно и родными, понимая, что все эти чувства роднит Любовь к Богу, создавшему мир, в основе которого лежат эти пять элементов.

Ему, древнему человеку, было совсем не трудно сконцентрироваться на Любви к Богу, потому что она не просто пропитала все его существо, она являлась основой общества, в котором он жил, где Любовь к Богу воспринимается и как духовный и как энергетический закон мироздания одновременно. Он, древний человек, совсем не мог представить того, что когда-то в далеком будущем люди будут добывать энергию из нефти и газа, в то время как главная энергия находится в душе человека и ее надо всего лишь мобилизовать через Любовь к Богу; для него было так просто по-настоящему любить Бога.

Сконцентрировавшись на своей любви к Богу, древний человек стал ждать того, что может ждать только очень сильно любящий Бога человек, — он стал ждать ответных чувств других четырех элементов, которые могут так же сильно любить Бога, как и он. Он ждал, ждал, усиливая свою концентрацию на любви к Богу, и, наконец, почувствовал, что странное любовное чувство Воды вдруг соединилось с его любовным чувством; он осознал, что сила Воды поддержала его, вернее... его любовь к Богу. Древний человек еле выдержал ту силу, когда к его и без того сильным чувствам присоединились не менее сильные чувства Воды, но он упорно стоял на месте, желая достигнуть уровня силы пяти элементов. Но другие элементы как бы проверяли его, наблюдая, как он перенесет соединение с Водой. А древний человек стоял и все более и более концентрировался на Любви к Богу, ожидая, что на его чувственный порыв ответят еще и Земля, Огонь и Ветер.

Энергия чувств Земли, соединяясь с его совместными с Водой чувствами, вызвала даже облегчение, как бы напоминая о единстве человека с Землей, и его тело начало слегка дрожать от избытка чувственной энергии. Воссоединение с энергией чувств Огня было похоже на вспышку света, такую яркую, что древний человек на мгновение выпустил из виду каменный лазер. Последними присоединились чувства Ветра, отчего возникло страстное желание лететь, да лететь так, чтобы параллельные миры, созданные тем, кого мы любим, проносились мимо как красивые пейзажи.

Но древний человек, ощущая содрогающее его единство со всем мирозданием, поймал глазами конусовидное выпячивание каменного лазера и произнес то заклинание, которое нельзя произносить без единения с чувствами Воды, Земли, Огня и Ветра.

—............... — сосредоточенно произнес он, слегка открыв рот и не сводя взгляда с конусовидного выпячивания.

Мощный, сверкающий цветами радуги поток энергии изошел из его глаз и мгновенно достиг конусовидного выпячивания на переднем зеркале каменного лазера, после чего перекинулся в резонатор лазера. Вскоре древний человек увидел, что энергия, идущая из него, полностью насытила резонатор и как сверкающий луч повисла в промежутке между зеркалами лазера.

После этого он, древний человек, успокоился — он знал, что смог обеспечить энергетическое снабжение каменного лазера, после чего его друзья — тоже строители Города Богов — повернут переднее зеркало лазера так, чтобы луч «его энергии» попал точно на отражающее зеркало, расположенное на вершине Кайласа, которым будут управлять конструкторы монументов, обтачивая «его энергией» горы. Он, древний человек, был горд тем, что смог сделать это — создать энергию пяти элементов.

А энергия пяти элементов все текла и текла через него, не вызывая уже внутреннего напряжения; только разноцветные видения сопровождали эту энергию, видения, приходящие из разных параллельных миров. Древний человек понимал, что так и должно быть, поскольку энергия пяти элементов есть единая энергия параллельных миров, в которых Бог выделил пять элементов единения — Огонь, Воду, Землю, Ветер и Человека. Он, древний человек, всей своей душой ощущал, что он есть сын Бога, так как через него текла истинно божественная энергия, та энергия, которая существовала еще до создания миров и которая имела первозданную чистоту.

Я опустил голову и увидел на своих ногах грязные остроконечные татарские калоши.

— Эх! Как важно стремиться к душевной чистоте! — про себя воскликнул я.

Переодевшись в ходовую одежду, почистив зубы и слегка ополоснув лицо холодной водой, я стал собирать рюкзак.

— Интересно, а за счет какой энергии работает каменный лазер в постоянном инфразвуковом режиме? — задал я сам себе естественный вопрос.

Я оторвался от укладки рюкзака, поднял голову и увидел громадную пирамиду Кайласа. Я повертел головой и увидел сразу несколько пирамидоподобных монументов.

— Наверное, пирамиды концентрируют энергии космоса, а здесь, в Городе Богов, все, видимо, рассчитано так, чтобы с помощью какой-то из пирамидоподобных конструкций собирался тот диапазон энергий, который был бы адекватным для постоянной накачки резонатора каменного лазера для его перманентной работы в инфразвуковом режиме с защитной целью. Наверное, также существуют передаточные устройства, фокусирующие эту энергию на резонаторе каменного лазера, — подумал я.

Я еще не знал, что вскоре здесь увижу множество конструкций, похожих на каменные антенны или зеркала, которые могут, очевидно, передавать энергию пирамид на каменный лазер.

Когда я уложил рюкзак, в душе вдруг всколыхнулись сомнения, связанные с тем, что наши знания о лазерах далеки от профессионализма. Но, забегая вперед, дорогой читатель, скажу, что после окончания экспедиции я провел тщательные консультации по «каменному лазеру» у знаменитых физиков — А. В. Акимова, Г. Г. Тертышного и С. Н. Кружкова. Было много споров и плодотворных дискуссий. Высказывалось много идей. Но в общей канве все были согласны с тем, что эта конструкция похожа на громадный лазер, который (гипотетически!) мог работать от ментальной энергии. А Сергея Николаевича Кружкова — талантливого инженера — особенно поразила конструкция переднего зеркала каменного лазера, по поводу чего он выразил немало восторгов.

Опять в голову пришла мысль о том, что этот каменный лазер работал на божественной энергии пяти элементов, которая была достижима для древних, всего-то навсего, за счет Чистоты Души.

Не понимая зачем, я подошел к ручью, разделся до пояса и хорошенько помылся ледяной водой. А потом, одевшись и сказав от холода «б-р-р», я посмотрел на священный Кайлас.

 

 

Глава 11

Космическое зеркало Кайласа

 

Кайлас и с этой стороны смотрелся величественно. Я знал, что Кайлас считается центром тантрических сил планеты, и поэтому представлял, что рядом с Кайласом мы находимся во власти этих сил. Вспомнились слова «старшего человека» о том, что тантрические силы, действующие в пещере Харати, для него приятны и что ему не хочется оттуда уходить. Я вспомнил также предэкспедиционные размышления на тему «Гора думает!», свидетельствующие о том, что к Горе надо подходить с чистой душой, и, окликнув ребят, спросил у них:

— Скажите честно, вам приятно находиться здесь, рядом со священным Кайласом?

Все замолчали, видимо анализируя свое душевное состояние. Первым отозвался наиболее открытый Селиверстов:

— Я вот себя, шеф, привольно и весело чувствую здесь. Рубаху последнюю хочется снять и... — Селиверстов искоса посмотрел на Рафаэля Юсупова. — На душе хорошо здесь. Вот только... одно гложет: ну, тогда, когда вы с Равилем ночью к лагерю подходили и не видели света фонарика, я ведь точно светил, а не сидел в палатке...

— Да ладно вспоминать-то.

— Не зря паломники рвутся сюда, хорошо здесь на душе, — добавил Равиль.

Волей-неволей у меня начало складываться впечатление, что «Гора пустила нас к себе» и что мы, подобно «старшему человеку», имеющему доступ, ощущаем тантрические силы как нечто приятное для нас. Опять в голове всплыли слова «старшего человека», когда он утверждал, что Кайлас живой и что тантрические силы, витающие здесь, есть мыслительная энергия Кайласа, которая видит и анализирует душу каждого живого существа, появившегося перед ним.

— Как хорошо, что я отправил из Непала в Москву кинооператора Квитковского, а не взял его сюда. А то... было бы стыдно...перед Горой... за его прагматичную душу, — подумал я.

Опережая яков, мы двинулись вперед. Я не сводил глаз с западной стороны Кайласа, выискивая место, откуда обзор будет наилучшим. Селиверстов, периодически оглядываясь на тяжело навьюченных яков, напевал старую коммунистическую песенку: Мы рождены Чтоб сказку сделать былью Преодолеть пространство и простор... Вздымая ввысь свой аппарат послушный... Западная сторона Кайласа сверкала в лучах солнца. Все фотографировали и снимали на видеокамеру. А я носился по близлежащим буграм, делая наброски, чтобы потом все свести в один объемный рисунок. Было достаточно тепло, сильного ветра не было.

— Смотри-ка, на первый взгляд кажется, что западная сторона Кайласа представляет собой всего лишь вогнутое зеркало, а на самом деле здесь присутствует очень сложная геометрия, — прошептал я для самого себя, делая окончательный рисунок.

Верхняя часть западной стороны Кайласа была выполнена в виде гигантской ступенчатой вогнутой поверхности, имеющей угол наклона около 45° по отношению к горизонтали. Глыбы снега были видны сверху и с южной стороны, но четкий характер ступеней прослеживался очень хорошо. Эта громадная ступенчатая чаша имела размеры как минимум 700x700 метров.

Ко мне подошел Равиль и, показав пальцем в рисуемую «чашу», произнес:

— Как космическое зеркало выглядит...

Я хотел задать вопрос о предназначении этой «чаши», но осекся, осознавая, что ни Равиль, ни я не сможем даже в малейшем гипотетическом приближении ответить на этот вопрос.

В нижней части эта «чаша» (или «космическое зеркало») четко ограничивалось узорчатым и тоже вогнутым выступом, который книзу переходил в вогнутый обрыв высотой ориентировочно до 600 метров. А с южной стороны этого обрыва, чуть ниже по уровню, был виден Малый Кайлас в виде ровной остроконечной пирамидки, установленной на трех каменных столбах, высотой как минимум 600-800 метров.

— Смотри-ка, камень Шантамани (Малый Кайлас) располагается рядом с «космическим зеркалом», — отметил я про себя.

Ниже указанного обрыва была видна тоже вогнутая ступенчатая поверхность, но не такая правильная, как на «космическом зеркале». Эта вогнутость имела по центру плавное возвышение, а в трех местах небольшие зеркальные конструкции, как бы вмонтированные туда. Вначале мне все это показалось хаосом горного обрыва, но при осмотре с нескольких позиций я понял, что, скорее всего, здесь была сделана какая-то конструкция, замысел которой был совершенно для меня непонятен.

— Наверное, для управления тонкими энергиями создано все это, — подумал я.

Мне вспомнилось, что в 1998 году в городе Ришикеш (Индия) в одном из храмов я держал в руках книгу, озаглавленную «Энергия сознания». Я стал листать ее, с каждой страницей удивляясь все больше: оказывается кто-то и когда-то разделил энергию сознания человека на более чем 200 видов энергий, каждая из которых имела свое название и была описана так подробно и с таким количеством схем и поясняющих рисунков, что трудно было представить, чтобы весь этот колоссальный труд был плодом буйной фантазии. Настоятель храма пояснил мне, что эта книга, переведенная на английский язык с санскрита, была написана в глубокой древности учеными великой цивилизации, жившей до нас на Земле.

— Древние создали науку о тонких энергиях и поняли, что за счет конструкций различных форм можно управлять этими энергиями, вплоть до того, чтобы влиять на сознание человека, — тихо проговорил я.

Еще ниже по склону западной стороны Кайласа с разных позиций можно было разглядеть еще один дугообразный вогнутый обрыв, имеющий столь совершенные формы, что не приходилось сомневаться в его искусственном происхождении. Верхняя часть этого обрыва была узорчатой и при рассмотрении в бинокль выглядела как один или два ряда то ли ровных каменных останцев, то ли древних статуй, измененных временем.

— Какую роль выполняет эта дугообразная конструкция? — задал я сам себе вопрос и горько усмехнулся, конечно же, не найдя ответа.

Равиль, стоявший рядом со мной, хмыкнул.

— Что, Равиль? — спросил я.

— Вот что я думаю, — начал говорить он, — это зеркало ловит энергию Космоса и... распределяет ее по пирамидам Города Богов, чтобы те что-то сделали с этой энергией. Но что?

— Кто знает, кто знает... — только и проговорил я.

— А почему не считать это «космическое зеркало Кайласа» локатором, через который Шамбала, расположенная под Кайласом, общается с другими мирами? — вдохновенно продолжал Равиль.

— Технический уровень Шамбалы позволяет сделать это!

А может быть, может быть... с помощью этого зеркала можно вместе с потоком космической энергии унестись в космос, чтобы воочию соприкоснуться с инопланетным разумом?!

— Кто знает... — почти угрюмо произнес я.

Мы оба замолчали, понимая, что кроме фантазии у нас нет никакого оружия, чтобы хоть чуть-чуть понять то, что сотворили древние. Должно было пройти почти три года, чтобы мы с Равилем, анализируя карту-схему Города Богов, пришли к заключению, что его западная часть, включая упомянутое «космическое зеркало», была создана с целью управления Временем, чтобы... создать нового человека. Но об этом, дорогой читатель, мы поговорим в следующем томе этой книги, и поверьте, что путешествие в «тело времени» будет увлекательным.

М... м... — промычал я, прерывая молчание. — Я вот что хочу сказать.

— Что? — Помнишь, Равиль, «старший человек», тот, который ходит в пещеру Харати, говорил, что Харати может читать мысли людей и через это видеть все сразу?

— Помню.

— Харати скорее всего является человеком из Царства Мертвых. Значит, Царство Мертвых читает наши мысли. Так ведь?

— Так.

— Кроме того, — продолжал я развивать мысль, — «старший человек» говорил что-то наподобие того, что сам Кайлас способен читать мысли людей, приходящих сюда. Так?

— Так.

— И, наконец, мы пришли к выводу, что камень Шантамани, заключенный в пирамиде Малого Кайласа, тоже предназначен для чтения и анализа мыслей людей.

—Да.

— Отсюда следует, что мы с тобой, Равильчик, прозрачны как стекло. Все, о чем мы думаем, становится тут же известным там...

Только... неужели мы с тобой так страшны, чтобы тратить время на анализ наших мыслей?

— ?

— Да нет, — стал я отвечать на свой же вопрос, — мы с тобой не столь страшны. Но кроме нас незримо существуют еще и ангелы, призраки, люди параллельных миров, инопланетные люди...

— Они ведь тоже мыслят. — Я закурил.

— Мысли наши, — вновь заговорил я, — здесь читают люди Шамбалы (через камень Шантамани), люди Царства Мертвых и сам... космический... Кайлас. Самое главное, на что все они, наверное, обращают внимание — на наличие в наших душах злых или негативных мыслей, которые не должны быть допущены в эту святыню, где, может быть, созидался... новый человек. Ведь злые мысли — фактор разрушения или «инфекционная бомба» для «обители созидания».

Мы вновь пошли вперед. Светило солнце. Мысли был радужными и светлыми. Все в этом мире казалось прекрасным.

— Шеф, дворец какой-то я вижу. Но без окон и дверей! — послышался сзади голос Равиля.

 

 

Глава 12

Дворцы без окон и дверей

 

—Где?

— Да вот же, перед нами! Самый натуральный дворец стоит... без окон и дверей. Основание только немного разрушилось.

— Ого! — воскликнул я.

В голове пронеслись слова Ангарики Говинды, прочитанные в храме ламы Кетсуна Зангпо о том, что комплекс Кайласа похож на гигантскую мандалу, составленную из комбинации мистических фигур. Вспомнилось также, что он говорил следующее: «... стены каньона напоминают архитектурные сооружения. Паломник будто бы окружен гигантскими храмами...».

Сооружение, которое мы видели, имело высоту около 250 метров и состояло из комбинаций башен и отвесных стен. Все это очень напоминало католический храм. Окон и дверей и в самом деле не было.

— Странно, — проговорил я и начал рисовать. — Что бы это могло означать? Ну... по крайней мере, это не естественная гора, а искусственный монумент.

Но только мы отошли на сотню метров от этого места, как увидели еще одну конструкцию, расположенную несколько выше по склону. Эта конструкция имела форму вогнутой мелкоступенчатой поверхности с выступающими на ней многочисленными бугорками, похожими на пирамидки. Южная, хорошо видная сторона сооружения сверху и снизу была коронована двумя красивыми выступами по 70-80 метров. Нижний выступ имел прямоугольную форму, а верхний был похож на цилиндрический каменный набалдашник, установленный на узком основании. Складывалось впечатление, что этот «набалдашник», весящий, видимо, сотни или тысячи тонн, был высечен, поднят и установлен отдельно.

— Антигравитационными силами, наверное, владели древние строители, — подумал я.

А чуть дальше, по ходу, мы увидели грандиозный и величественный «дворец» совершенно фантастической формы, от которого веяло чем-то наподобие «царства Кащея Бессмертного». Эта аналогия усиливалась еще и тем, что на него падала тень, в связи с чем он казался зловеще-черным на фоне сверкающего Кайласа.

Этот «дворец» состоял из двух передних и двух задних наложенных друг на друга каменных пластин (или «зеркал»), между которыми располагалась массивная трапециевидная конструкция, заканчивающаяся сзади и сверху конусовидным выступом. Высота «дворца» была как минимум 500 метров.

Фотографируя, я понимал, что тень ухудшит качество снимка. Зато простым глазом через тень можно было разглядеть детали и нанести их на рисунок.

Позади «дворца», ближе к Кайласу, просматривалось какое-то овальное образование, которое я вначале принял за простую гору. Но потом, оглядевшись и сравнив это овальное образование с естественными тибетскими холмами, я понял, что это тоже древняя конструкция в виде трехступенчатого овального возвышения высотой около 350 метров.

— Ну для чего, для чего строили древние такие невероятно монументальные конструкции? безнадежно спросил я самого себя, заранее зная, что не смогу найти никакого ответа. А потом, в течение трех дней, мы встретили еще несколько «дворцов без окон и дверей», которые я, дорогой читатель, позволю себе показать Вам и кратко описать. Сознаюсь также, что в процессе фотографирования и зарисовки этих конструкций в виде «дворцов» я все время испытывал чувство внутреннего негодования, связанного с тем, что я ничего не понимаю в том, что фотографирую и рисую; я просто слепо выполнял экспедиционную работу, поражаясь величием древнего разума. И только слабая надежда, что когда-нибудь в будущем мы хоть что-нибудь поймем в этом, грела меня. Один из этих «дворцов», воздвигнутый на вершине тибетского хребта, представлял собой сложную комбинацию плавно изогнутых поверхностей, на верхней части которых были установлены пирамидка и полушар. Высота этого монумента составляла около 150-200 метров.

— Что это? — глупо спросил я самого себя.

Конечно же, я не мог ответить на этот вопрос, точно так же, как и большинство людей не могут пока ответить на вопрос о предназначении монументов древности.

Другой «дворец» был похож на комплекс куполов с двумя огромными (ориентировочно 100x100 метров) вертикальными плитами, установленными точно под 90° друг к другу.

— Какова роль этих каменных куполов? Собирать определенные виды тонкой энергии, что ли? Какую роль выполняют эти плиты, похожие на зеркальные отражатели? Какую энергию они отражают и куда? — сыпались на меня вопросы, на которые у меня, УВЫ, не было ответа.

Следующий монумент, расположенный на вершине высокого тибетского хребта, напоминал старинный испанский замок. Чем-то он был похож на пирамиду, но уж больно странные очертания имела эта пирамида: отвесные боковые поверхности, рельефные вдавления и т. д. С боковой стороны к «замку» примыкали две каменные плиты; на вершине одной из них можно было различить четыре полуразрушенных купола.

Еще один монумент, увиденный в Городе Богов, был похож на спираль, сужающуюся кверху. И, конечно же, этот монумент, как и большинство других, имел сочетание с плоскими конструкциями, которые мы стали образно называть зеркальными отражателями.

Зарисовывая этот монумент, я понимал, что многие его участки, закрытые снегом или разрушенные временем, я логически домысливаю. Тем не менее, было вполне ясно, что древние люди с какой-то непонятной целью, когда-то давным-давно, построили здесь гигантскую каменную спираль.

— Может быть, это прототип ДНК? — тихо проговорил тогда Равиль, зная, что ДНК имеет спиралевидную структуру.

И, наконец, к монументам этого типа можно было отнести ряд конструкций, расположенных рядом с монументом Гомпо-Панг. Позади него хорошо просматривалось что-то наподобие узкого желоба с приподнятыми стенками, который спускался вниз с полукруглого отрога монумента Гомпо-Панг. Сразу за ним на востоке была видна остроконечная структура, на южной поверхности которой виднелись два полукруглых вдавления в виде «сот». За этой структурой можно было видеть подобие двух арочных «лестниц» с фигурными перилами, которые грандиозно спускались с вершины округлого каменного образования. А за ними, чуть поодаль на востоке, просматривался двойной ряд то ли фигур, то ли останцев, за которыми начиналось уже упомянутое западное зеркало самого Кайласа.

При виде этих «желобов», «сот», «лестниц» и всего остального в моей голове начали копошиться слабые мысли об их предназначении. Откуда ни возьмись, всплыла попытка провести аналогию со строением человеческого организма, но она тут же угасла, потому что я плохо знал пространственную структуру молекул человека. Тем не менее, эта попытка показалась мне в глубине души любопытной и стала вертеться в голове, хотя никаких оснований утверждать, что путем строительства разнообразных и необычных монументов древние создавали здесь человека, у меня не было. Я просто ощущал вопиющее несовершенство своего разума перед могуществом древних. Припомнилась фраза Сергея Анатольевича Селиверстова:

— Все слышали в сказках о дворцах без окон и дверей, а мы их видим воочию...

Я тогда подумал: — Сказка не есть фантазия. Сказка есть история, повествующая о забытом величии человека.

 

 

Глава 13

© 2013 wikipage.com.ua - Дякуємо за посилання на wikipage.com.ua | Контакти