ВІКІСТОРІНКА
Навигация:
Інформатика
Історія
Автоматизація
Адміністрування
Антропологія
Архітектура
Біологія
Будівництво
Бухгалтерія
Військова наука
Виробництво
Географія
Геологія
Господарство
Демографія
Екологія
Економіка
Електроніка
Енергетика
Журналістика
Кінематографія
Комп'ютеризація
Креслення
Кулінарія
Культура
Культура
Лінгвістика
Література
Лексикологія
Логіка
Маркетинг
Математика
Медицина
Менеджмент
Металургія
Метрологія
Мистецтво
Музика
Наукознавство
Освіта
Охорона Праці
Підприємництво
Педагогіка
Поліграфія
Право
Приладобудування
Програмування
Психологія
Радіозв'язок
Релігія
Риторика
Соціологія
Спорт
Стандартизація
Статистика
Технології
Торгівля
Транспорт
Фізіологія
Фізика
Філософія
Фінанси
Фармакологія


Смирись, и покорись, задумайся,

Загрузка...

Да будет так, как я сказал, «свободу»…

Проходящие люди, дети не замечая меня гуляют по лесу. Денек прекрасный, их много в здешнем лесу.

Поднявшись, опять таки, продолжаю свой путь, по своей тропинки. За ногами тянеться болота. Стараюсь идти, где суше. Но все же ботинки грязные. Как, никак почти неделю была пасмурная, моросящая погода.

Ко мне подбежала собачка. Видно, что умная мордашка. Обнюхала меня.

Остановился. Смотрю, что будет дальше. А это мирное чудовище, присело на задние лапки, смотрит в глаза мои. И хочет сказать дай что нибуть, покушать.

Своей рукой, погладив мордашку, продолжил хождение.

Собаченка так же, на чей то крик, сорвалась и скрылась за каменными валунами.

Интересно лес шумит, иногда дерево заговорит, или дятел напомнит о себе.

Перед собой вижу прекрасную картину. Лучи, весеннего солнца, качаються щели каменного валуня, через который видно, дерево растущее и жаждущие солнца. Картина не описуемая.

Нехно коснулся рукой дерева этого же, и звездный водопад росинок устремился на Землю. Вот бы заснять на камеру, или на фото сделать. А под рукой ничего нету, одни запоминающие глаза.

Внизу на земле образовалась лужа, когда падали росинки, сливались с ней. Сказочное явление. Такое можно увидеть, гуляя самому, тоисть одному. Никто не отвликает, и все замечаеш.

Время свободное, гуляя по лесу, на долго запомнится это прогулка.

Увидел ребят, когда выходил из леса, они не велосипедах катаются. Наверное поехали на прогулку в городишке Фонтеблу. Всего то 13 км. Есть что поснимать и посмотреть. В этом городе большой замок, где когдато была резиденция самого Наполеона, того самого. В замке сейчас музей и большая парковая зона.

Вышел на дорогу центральною, она ведет прямо в Барбизон. До деревни больше километра.

Подустал чуть, гулять по этим небольшим холмал, обходя каменные валуны. Вот и дома. Никого нету, опять один. Тишина, одно удовольствие.

В ванной, пустил воду, хочу искупаться, отпарится. А то все душ, да душ. Лежу, отдыхаю, отмокаю. Удовольствие неописуемое. Почти сплю.

В коридоре шум какой то. Слышу голоса ребят. Себя не отвлекаю , глаза мои закрытии , тело наслаждается . Открылись двери ванны.

- Ой извените, ошибочка вышла. Чуть не нежным, женским голосом заговорил Олег. И закрыл дверь за собой.

А я не подымая глаз, отмокаю. На кухне слышу ребят голоса. Думаю, проголодались от того что крутили педали за целый день. 30 км. это не шутка, а колометраж все таки.

Чуствую вода вода в ванной по техоньку остывает. Надо вставать. Открыл глаза. Как то потемнело в глазах…

Вышел из ванной комнаты. Слышу.

- Руслан ты куда, анну заворачивай к нам, мы ждем.

Поворачиваю голову, а они седят уже за столом, бутылка рядом.

- Димон улыбаясь махнул рукой, и указывает садись. Сел.

- За что пем, повод есть!

- Есть, есть, садись.

И опять тоже песня. Водочка, закусон, да веселие анегдоты. Музыка играет, а мы все сиди. Смотрю на часы.

- Ребята пара на ужин пол восьмого.

- Ничего себе, времечко так летит не заметно.

- А ты как думал Богдан, не все этим миром мерить водкой, а пища в ресторане так же ждет.

От одного стола к другом, от наслаждения, такого не увидиж даже в раю.

Отужинав в ресторанчике. Каждый улегся по своим канурям. Еще кто копается в ванной комнате.

Тишина. Компания спит. Один Тенгиз ходит, что то сам из собой говорит. Спать на дает, никак угомонится не может.

Часик тишина. Шума не слышна. Телефон мой зазвенел. Подымаю трубку.

- Слушаю, кто говорит.

- Да это я Сергей!

- А привет Серега, ты так поздно звониш!

- Как поздно 11 вечера!

- Да ты что, я думал час, два ночи.

- Ты наверное выпил!

- Да был повод, да и от ребят своих не откленишся. Знаеш как пявочки.

- Понимаю тебя Руслан, понимаю.

- А что звониш, так поздно.

- Да хотел с Надей да малышами в гости приехать на Воскресение, ты как на это смотриш.

- Нормальный ход.

- Тогда договорились!

- Окей!

Я положил трубку. И слышиться крики в коридоре. Слышу но не подымаюсь. Дима и Олег вышли посмотреть, что там от любопытства. Лежу мне итак хорошо.

Тем временем в коридоре идет настоящая борьба не на жизнь, а на смерть. Эдуард да слизняк навалились на Тенгиза всей своей массой и удерживают его да матерятся.

- «Да помогите его свезать, эп вашу мать».

А возле них крутяться Богдан, Димон и Олег не знают что делать. Вместе то пили, как то и не вдобняк. И в тоже время, действия Тенгиза неконтролируемые.

Как выяснилось потом, грузин вынудил шефа так зделать.

Пяний человек, - разные вещи. Один идет спать, чтоб его не трогали, а другой как Тенгиз, никак не угомонится. Вот они его пытаються успокоить.

Но им не удается. Все время просят принести веревку, чтоб связать нашего «чюдика».

Олег вашол в комнату.

- Руслан проснись, слышиш! Русь… Но я зделал вид, сплю крепко. А сам думаю.

- Вставать, и дать по башке этому Эдуарду с его подлизой Юрой. Чтоб божки ихние отвалились. Пауза:

- Как можна вывести человека из себя, чтобы по пьянке им все высказать, все ихние мысли и поступки мерские.

По трезвяку не выходит , а по пянке так легко, и душе спокойно.

Надо встать, посмотреть что твориться в коридоре.

Только надел спортивные брюки, заходит Богдан:

- Пошли поможеш!

- А что вас так много, нужна моя помощь, вы ж «быки» здоровые.

- Не в этом дело, пошли увидиш что на коридоре!

- Думаю картина «Укращение Тореодора»!

- Что - то в этом роде!

Тот ответил и мы вдвоем вышли на коридор. И что я увил. Два идиота шеф и слизняк держут Тенгиза, навалившись на него. И удерживают его руки, тело пол часа. И не могут сделать ничего. Меня так взбесила от увиденного.

Не дотрагиваюсь к этим двум ванючим существам, как заору на весь отель:

- Вы что собаки делаете с человеком! Отпустите эго, я с ним поговорю. Не бойтесь, он ничего не сделает. Слово даю.

Те отпрыгнули, как прокаженные. Лицо у Тенгиза все красное, говорить не может, его всего тресет, чуба разбита. По лицу видно протрезвел. Вид у него хуже бомжа. Спина грязная, волосы так же. Два слизняка, не оглядываясь забежали к себе, в свой номер и закрылись на ключ. Чтоб их Тенгиз не разорвал.

Грузин мне начал руки целовать, обнимать:

- Ты спас меня Руслан, большое спасибо.

Он не может свои эмоции сдержать. Еще бы. Такое выдержать не то что хамство. За такой поступок надо наказывать. Тенгиз этого не простит. В душе, каждый кавказец по - своему отомстит.

Я обнял его за плечо, и что было силы руками увел его в подвальное помещение. Поговорил с ним, чуть пришол в себя. Но еще не успокоился, клинит моментами.

- Русь большое спасибо. Никто не заступился за меня один ты. Даже мои земляки в другом номере не вышли. К ним я обращался по грузински, кричал душой.

- Ты успокойся Тенгиз, не нервничай!

- Как Руслан быть спокойным, они поступили, как последние собаки.

- Что поделаеш друг, жизнь такая необычная здесь в Европе.

Как да мы разговаривали, послышался какой то, не то шум, не то разговор других людей.

Перед собой, когда повернул голову, увидел спускающего полицейского в черной форме, это был жандарм.

- Ну Тенгиз, по твою душу! Эти козли вызвали за тобой. Видно баяться за свою жизнь, пидерасты. Давай вставай , я помогу тебе подняться. Тебя вижу трясет.

- Да Руся пожалуйста помоги, самому нету сил!

Показав рукой полисмену, что выходит. Он понял, и первым начал подниматься вверх, а мы за ним. В коридоре, людей десять в униформе. И нас не мало. Да еще наши шефы пидарестические, смотрят испугавшимися глазами.

В последующем времени. С этого моменту у фирмы начинаются проблемы. Но еще об этом никто из присуцтвующих не догадывается. Приключения французкие начались. Барбизон и его окресности, с утра начьнул сплетни.

Ничего нового, точно такая жизнь как в наших деревнях, чуть цевелизование. Я б не сказал, что они далеко ушли в этом вопросе.

У каждого из нас взяли документы для проверки. Через минут двадцать вернули.

Тенгиз, умыл лицо руки, дали возможности полицейские. Оделся, положили наручники и увели. Мы всей толпой зашли чаю попить в кухню, от этой нервотрепки.

Молчим и слова никто, даже не вякаем, после случившегося.

Утро. С понедельника начались новые приключения, но уже с нашими шефами-пидарастами.

Умывшись, почистив зубы, переоделись в рабочую одежду, каждый в свою. И пьем кофейку, Олег чай зеленый.

Заходят наши два ночные героя. Приготовили себе кофе. И через минуту начали толкать свой новый ночной план.

- Говорит шеф – Эдуард.

- Ребята, все, на этом ваша миссия закончилась. Работы больше нету. Даю всем «баху» и билеты на поезд или самолет. Деньги по приезде в Барселону.

Собирайтесь свой инструмент, через часика два отвезу в Париж.

- Мы даже не сомнивались в таком финале Эдуардик!

Заговорил Богдан в ответ на этого «козла» с Большой буквы. Они ушли к себе в комнату. Молча допиваем кофе, какая то реплика прозвучала, сейчас не помню от кого.

Первым ушол, Богдан, ему надо собирать свой инструмент. Его у него много, мастер как не как. Все, с чем то приехали, один я налегке, Пустой.

Вещи уложены, мы усажены. За рулем Эдуард, рядом слизняк. Час молчания с одной и другой стороны «Писания».

Приезжал дождик встречал, уезжаю ветер з дождем. Вот примета хорошая.

Поворот, надпись аэропорт «Де Голь» платная стоянка, заезжаем.

В руках у каждого, своя сумка. Поднялись на лифте, и прямо перед тобой зал аэропорта. Людей, море. Все подошли к информационному бюро.

- Вы ребята стойте возле багажа своего, я с Юрой узнаю, как дела с билетами.

Метров пять мы отошли в сторону. А те слизняки в очереди стоят, к этому информационному.

Через десять, может двадцать минут вернулись к нам. Мы вчетвером сидели на скамейках.

- Так ребята, билетов нету не сегодня, поедите поездом. Давайте обратно вещи в машину, едем. Когда хотели брать билеты, то взяли у нас паспорта и тархеты.

Спустились в горах паркинга Эдуард отдал документы Диме и Богдану.

- Сегодня поедете вдвоем, у меня денег нету. Руслан, ты и Олег завтра. Возьмите свои документы.

- Я на метро, а ты Юра садись в машину, их в Барбизон, а потом за мной. Хорошо!

- Договорились! Ответил слизняк.

Я, Олег попрощались с мужиками, и сели втроем в машину. Ихние тени скрылись за углом. Дождь на улице льет как из ведра, не остановиш его.

Мартовская весна, что вытворяет. В машине молчек. Первым начал разговор Юра.

- Ты знаеш Руслан, я ели упросил Эдика тебя оставить. Он ни в какую не хотел. Ты знаеш почему!

- Я ни слова, молчу, а сам думаю!

- Вот падоннок, одного меня крайнего нашол. Шефы святые как апостолы перед исповедью. Пускай издевается слизняк. Даже Олег на меня странным взглядом посмотрел.

А тот продолжает:

- Сей час приедем, как раз обед. Поедим. Я уеду в Париж. А вы вдвоем доканчивайте Тенгиза комнату, эти недоделки. Хорошо пацаны.

Мы буркнули, как ослы из под лоба.

Хор – шшо.

Слизняк посмотрел на наши рожи недовольные, в зеркало. Заулыбался, и далее рулит по трасе Париж – Мелюн – Барбизон.

Дождь моет машины,

В тот мартовский день,

Ты хочеш, не хочеш,

И так далее… Понедельник день тежолий, с утра нет настроения. Не даром старые люди говорят, « как проведеш понедельник, такая будет и неделя». Результат на лицо.

Настроение паршивое, было бы от чего…

С трех до семи отработали с Олегом на пару. От нервов быстрее устал чем от работы.

День незаметно пролетел. На календаре десятое марта.

В этот день много лет назад умер поет Шевченко. Наверное и тогда был в ту эпоху понедельник, как сегодня. Слякать, нервозность.

Что я все о плохом да о плохом. Нету другой темы, что ли, вот закавыка то.

Вечером с Олегом перешли в другую комнату. Подальше от этих печальников – дураков.

- Что интересно. Этот поддонок Юра, бывает и под дверью подслушивает. Сегдне новые ребята предупредили. Видели как он занимался с этим.

Говорю ночью Олегу, когда пошли спать.

- А я замечал за ним это, но не зделал вывода. Теперь буду знать. Чмо видно из далека.

- Ты прав. Давай спать, я такой уставший за этот день!

- Я так же!

Олег закрыл дверь на защелку и выключил свет.

Вырубился моментально , как млоденец, Олежек также .

Вторник все по плану, кофе, чай. Два часа работы, завтрак через десять минут.

Слышуться топот батинок по коридору.

Одни инструмент слаживают, другие руки лицо умывают.

Бонжур, тоисть здравствуйте. Перед нашей рабочей толпой, стоит другая толпа полицейская.

И у каждого из нас проверяют паспорта и документы. На каждого вышла по два, три «жандарма» . Нас построили в колону, с правой и левой рукой полицейские.

Повели в номер отеля. На вызов фамилии, каждому предоставили переводчика и консультанта.

Заполняют какие то бумашки, спрашивают имя, фамилию. Так продолжают где то час.

Полицейские разсосались по своим машинам, и уехали, отдав каждому его документы.

Мы также растворились по своим рабочим местам.

Третий день, приключения за приключениями, вот неделька то какая?

Среда была спокойная, ничего особенного. Работал со слизняком Юрой, целый день. Устаеш с таким хитрожопыми типами работать.

Олег две комнаты почти доделал. Были некоторые недоделки. И к ним начал Эдуард придираться. Орет на него, спорит, что то доказывает непонятное. Хотя сам в этом дуб-дерево. Тот не выдержал и стреляет прямо на Барселону:

- Если ты лучше делаеш, на бери и делай.

Бросил инструменты, посмотрел на часы было без пяти два.

- Моя работа закончилась. Давай расчетные и билет обратно, домой.

- Нет проблем!

Тот ехидно заулыбался!

И они разошлись в разные стороны.

Олег к себе в комнату, собирать вещи, да инструмент. Готовиться к отезду.

С Олегом я встретился за обедом, мы сидели за другим столом, он и я. А та компания с шефом и слизняком не против.

- Что Олежек нервы сдали!

- Ты знаеш Русь, да сдали. Не люблю когда со мной в таком тоне разговаривают. Падонок он!

- Знаю это. Не в первой с ним сталкиваюсь. Может с тобой рвануть на Барселону. Мне тоже все надоело.

- Нет Руслан, тебе же негде жить, а я хоть в свою комнату вернусь. Койка то есть.

- Смотрю на ихний столик, а слизняк, только на тебя и меня смотрит. Наверное наш разговор подслушивается.

- Олежек, он же слизняк вонючий, ты же знаеш.

- Да, знаю! Я не хочю, чтоб и тебе они делали мерзость.

- Ты за меня не безпакойся.

Не в первой с козлами тягаться.

- Ты Олег лучше не теряйся.

Думаю и я скоро подвалю за тобой. Эдик спокойно, попиваю винцо, Олег взял бутылку на двоих. Я понял «отходное».

Наша бригада, с того стола, поели да вышли. Эдуард разплачиваеться за обед.

Проходит мимо меня и говорит, остановился.

- Опаздываеш, через минуту продолжения рабочего дня.

Я чуть не взорвался. Хотел встать, да по морде дать. Но меня остановил Олег. Своими красовками наступил на мои батинки грязные. Тот чувак вышел и закрыл за собой дверь ресторана.

Олег себе да мне подлил винца:

- Это братан по последней, тебе ж на работу бежать надо, последняя минута, слышал.

- Да пашол он на…

Мы допили вина. На десерт взяли по мороженому. И минут двадцать еще сидели за столом.

- Рванули.

- Уже пара!

Поблагодарили хороших хозяева ресторана. И что интересно. Это был последний, вообще обед во Франции в деревне Барбизон.

На ужин я не пошол, не было настроения из-за отезда Олега. От ресторана до отеля, мы вдвоем, еще многими фразами обменялись.

Я пошол на рабочие место. Сегодня шлефовал стены машинкой електрической. Легше не курить, и рукам удобнее. Но пилище то сколько. В пустыни таком не увидиш, все белым бело, как в пургу, Зимой, только теплее.

Пыль сыпиться прямо в глаза, когда берешь возле потолка. Очки даже не одеваю, ничего и так не видно через них.

Чуствую меня кто то толкает в плече. Голову повернул и увидел в куртке Олега. Он был готов отплытино.

- Вот Руся пока, свидимся в Барселоне.

- Конечно Олежек, легкого пути! Мы обнялись. чуть не как братья. В этом тумане пыли, растворилась тень Олега и ушла в даль. А я продолжил шкурить стены и поглащать пиль всоими легкими. Хотя я небыл один, был такой же как и я помощник Вадим из Полтавы – Запорожской. С завтрашнего него дня, мы ???????? поближе. Но это будет завтра. А сейчас тружусь, на благо Франции.

С Вадимом шутим на перекурах, когда дым, пыль коромыслом. С номера в номер, так и день прашол.

Пока все мылись, то в душе, одни просто лицо умыли. Я сидел в туалете, как всегда мечтаю. Толпа ушла на ужин. Вышел, из насиженного мною места.

В душе долго отмывался, пиль как пристала везде, во все щели, что по два, три раза, намыливав голову и тело.

Пока сохнул, прилег на свой вонючий матрас.

Посмотрел на часы пол девятого. Одетый стою на улице, только что вышел с отеля. Дай думаю:

- Не хочется ужинать, пайдука прогуляюсь на сон грядущий в лес. Пока был в Барбезоне , тоисть жиль. Каждый вечер один или с Тенгизом вечерами, часик полтора гуляли перед сном.

То моросящий дождик ели капает, редко когда нету его. То тишина оворажующая в лесу. Не то что на работе. Если прилестные минуты в твоем подсознанию бывает. Когда спиш, или вот, ночная прогулка. Повернул на права в сторону лесу. Переговорная будка позади, «диско-клуб» кому зо сорок также. Неуспели с Тенгизом побывать в нем, так время разпорядилась.

Ворота леса, тишина, ночь и как ни когда чистое звездное небо.

Думаю, мечтаю, что то напеваю вроде того:

Куда идем мы с петачьком,

Большой, большой секрет,

И не разкажим мы о нем

О нет, о нет, о нет…

и так далее….

Наступила пятница, день французкого рая.

Задолбался описывать одно и тоже. Проснулся, отжался, упал, и опять спать. Ничего нового в голову не идет. Хотя….

Утро. Пыль все та же но комнате коромыслом . Одни глаза что то видят, а все остальное, туман внесезонный. Из белого тумана, как раз хотел перекур сделать. Вижу три жандарма стоят возле меня, показывают руками глуши мотор. Так я и сделал. Мотор успокоился. По всему Отелю тишина.

Вышел в коридор. А там, построили, полицейских человек двадцать если не больше и стих в голову надул:

Какой здесь набросали хлам,

Добро и зло увидиш вместе,

То здесь валяеться то там,

Куски стыда, обрывки чести,

И где то там, в сиром углу

Совсем, совсем на заднем плане

Кусочек правды весь в пыли

Лежит завернутый в обмане.

И вся правда в этом стихотворении. Это интересно, стихи в голову приходят именно в те, не подходящие минуты.

Старый жандарм попросил мои документы.

Показываю ему мимикой, жестами, мой паспорт в номере где живу.

И мы в доем ушли на второй этаж. Работал на третьем, и пришлось спустится.

Переодеваюсь, спросил у полицейского могу ли я умыть лицо да руки. Тот покачал головой.

Умывшись, переодевшись, кое что бросил в рюкзак, документы также захватил.

Всю нашу толпу вывели во двор, и мы зашагали на центральную улицу Барбизона.

Возле каждого человека полицейский, а руки в наручниках. Но не у каждого.

В машину садишся, как король, один и больше никого.

Одинадцать утра. Выехали с деревни в направлении города Мелун. Там полицейский участок. А вот и он.

Завели в кабинет, сняли наручники. Сел в кресло.

Ко мне подошол переводчик. Женщина оказалась полькой, и хорошо говорит по русски.

Поначалу, я не хотел с ней много говорить, со временем разговорился. Интересная женщина, с ее слов понял, она много поведала вроде меня, людей.

Минут сорок ждали я с переводчицей полицейского.

Жандарм сел за свой рабочий стол. Допрос с этого момента начался.

Имя, фамилия спросили через переводчика.

Ответил как положено. И пошли такие вапросики, что я не понял в участок задержания или в депор-лагерь.

Немного начинаю нервничать. Это ничего не изменит. Себя успокаиваю. Заметила переводчица и полицейский.

- Вы успокойтесь, не суетитесь.

- Как быть спокойным, если людей с документами берут прямо с работы.

- Вы же понимаете Руслан, это такая процедура. Без нее нельзя .

- Вот тебе и демократия!

- Что поделаеш! Закон один для всех. Бить ты емигрант, или француз. Нарушать нельзя ничего.

Перед тем как говорить, я предупредил переводчика. Это ничего не буду подписывать.

У полицейского, которий вел допрос, чуть очки на лоб не полезли. Зделал лицо непонятной наружности.

Надо было видит это…

Двенадцать, а может и час, время обеда.

Меня спросил через переводчицу:

- Хочеш обедать.

- Конечно!

Принесли в пластиковой тарелке похоже на мясное. Стакан холодной воды и сухарити.

- Это все!

- Вы как думаете, это Вам не ресторан, а полицейский участок. Я не ответил, взял тарелочку и молча стал есть.

Проголодался, не только с нервов, а с того что не завтракал с утра. Был бы хлеб, а не сухари, облизал бы хлебом всю тарель.

На обед ушли все, допрашивающий меня полицейский, да переводчица.

Только после двух, допрос продолжился, после возвращения их. Час пришлось ждать молчя, только охранник глазами стрелял, охронял мое спокойствие.

Отключился, закрыл глаза. Мгновение оказалось вечностью, но ненадолго.

Чуствую, чья то рука коснулась моего плеча.

Открыл глаза, передомной, заулыбалась переводчица.

- Руслан проснись, слышиш!

- Да, да я в порядке. Открыл глаза на какуюту долю секунды и опять закрыл.

- Не спи!...

- Все, все я в порядке!

Открыл глаза и вошол в подсознание свое! Где я, что я. Увидел перед собой допрашивающего полицейского, а рядом полька. Пришол в себя.

- Дайте попить воды!

Уставши спросил у жандарма. Тот не долго думая, дал мне стакан с водой.

- Мерси!

Я выпил этот жаданий глоток воды 58

Нас всех держали до четырех дня. Двоих отпустили грузин. У них поддельные документы. Поверили им, да еще и извенились перед ними полиция.

- Но не делайте так больше. Если есть испанское разрешение на работу, то лучше живите и наслаждайтесь жизньи в Испании. Перед тем как их отпустили, я попросил Гиви.

- Гиви если сможеш, то захвати мою сумку с вещами. В этой комнате самое главное возьми мой рюкзак и рукописи. Жалко, много времени писал.

- Гиви ты молодец. Спасибо! Да встрече, я думаю в Барсе. И он ушол, захлопнув за собой дверь полицейского участка.

И мало времени, всего каких то пять часов, и мысли в голову поезии коснулись:

И что разделяет и отделяет порядочного человека от непорядочного, всего лиш, Поступок!

Семь вечера. За целый день устал очень. Еще сижу на допросе. Полицейский заполняет свою бумагу на компютери. Моя переводчица, попрощавшись со мной ушла.

Я подписал бумагу, которую мне дал жандарм. Через пять минут, вышел с кабинета вместе с сопровождающим полицейским. Проводили в синий бус - фургончик на четыре человека.

В нем до этого уже сидел Влад, Вадим и Андрюха.

- Руслан это ты!

- А кто еще!

- Где начальство наше!

- Наверное еще допрашивают!

- Да мне не интересны эти козлы! Ответил Андрей, ругавшись матом. За мной закрыли дверь на ключ. Сел на железное седение. Фургонета двинулась. Нас повезли в неизвестном направлении.

Мы вчетвером сидим, каждый по своим кабинкам и движемся вперед к неизвестному.

Слышится гул самолетов.

- Я подумал! Наверное везут в депорт – лагер.

Остоновились. Через окошечко фургонеты сошагая проволка.

- Да ребята, такие места бывают только не в тюрме.

- А где же!

Спросил меня Андруха Севастопольский.

- Ты знаеш Андрюха, от суда один, выход «Привет мой дом родной».

Не знаю сколько, через какое то время подкотила машина с жандармами. Во внутри сидели наши шефы – красавчики. Правда в наручниках были.

Стук в дверь. Ключ открыл замок. Перед дверью стоял молодой в синей форме жандарм. Указав рукой на выход мне.

Вышел с фургона буса. Остановился. Через каждую минуту возле меня появился сначала Андрюха, потом Влад и на последок Вадим – Запорожский.

Глаза увидели мур с колючей проволкой на верху и зеленой сеткой, метра три с высоты.

Нас завели во внутирь здания. Но перед этим показали нашли документы. Тоисть карточки и личные вещи.

По два человека пускали. В кабинке попросили снять вещи до трусов, в плоть до носков раздели.

У кого был телефон с камерой забрали, а простой можно было бы оставить, так я и сделал. Но не все ребята так сделали, не подумавши. Сижу в коридоре, через енный промижуток времени подошли Влад, Вадим и Андрюха.

Наших горе – шефов не было. Наверное больше времени их проверяют.

На лавочке сидим, шутки шутим.

- «Появились не запылились» с юмором улыбнулся и заговорил Андрюха. Те оходчиво посмотрели в нашу сторону и молча уселись.

Юра – слизняк был весь синий, как будто колес наглотался.

Хотя…

В участке к ниму вызывали врачя. Шлянгует мразь ползучая. Подумал и хамским взглядом посмотрел на него.

Вы б читатели мои, видели б это лицо. Сам з росту метр с кепочкой, а во внутри мрази и грази больше своего весу.

По одному вызывают. Первым вызывают Влада по старшенству.

Каждого фотографируют. И что интересно, дают табличку с номер персональным на груди. Точно как у фильмах про тюрьму. На руки дали ключ от своей камеры а потом как выяснилось от шкафчика, где хранятся твои туалетные принадлежности. В «ценности и сохранности» так в народе говорят. Взял свое белье. Матрас с одеялом зашол в свою каюту – номер, а оказалось на двоих. Двухярусные кровати, армейский вариант.

- Пока не плохо с французкой стороны, хотелось бы по лучше. Подумалось на досуге.

Посмотрел на часы:

- О, пара спать одиннадцать вечера. Зубы почищены. Молюсь в постеле. Тишина, да одни самолеты летают в разные стороны.

Не знаю. Заснул как убитый. Ничего не помню.

Просыпаюсь, слышу разговор по радносистеме в таком роде.

- Просыпайтесь, пора на ужин. Смотрю на мобилник, вижу глазами своими 630.

- Не понимаю, что за ерунда. Куда так рано зовут. Закрыл глаза, накрывшись одеялом с головой. Отключился на некоторое время, но ненадолго….

Стук в дверь.

Чуствую меня торкнулась чья то рука. Вижу перед собой охранника.

На столе, были мои пластиковые депортные документы, с фоткой и табличка с номером.

Охранник посмотрел на меня, и на эти документы.

- Я понял все в порядке.

Отдал честь и закрыл за собой дверь.

А я продолжил свой утренний сон.

Это уже не сон.

Глаза закрыты, а мозг не спит…

Утро.

Стою в очереди на завтрак. Наши ребята уже завтракают, пошли по раньше.

Меня окружает весь Земной шар. К моему удивлению, кого только здесь нет в этом, депорт – лагере. На коже у людей, все цвета радуги.

Моя очередь. За стойкой обслуживающий персонал подал под нас с кофеем и сухпайок. Точно, армейская закуска.

Пробило на аппетит.

Со вчерашнего дня не ел, проголодался. Вот потому то, и все полезно во внутырь. Даже свежей булочкой, всю морелку облизал.

Не только лезет в голову все, что видеш, еш. Мысли приходят в минуты счастья и отчаяния:

Загрузка...

© 2013 wikipage.com.ua - Дякуємо за посилання на wikipage.com.ua | Контакти